Россия хотела избежать худшего, но теперь ей пора действовать жестко, заявил в соцсети российский философ и политолог Александр Дугин. При этом он намекнул на некие события, которые должны произойти в скором времени.
«России пора действовать по-настоящему жестко. Скоро вы поймете, что я имею в виду. Мы слишком долго были слишком вежливы. Мы верили Трампу и хотели избежать худшего. Теперь, похоже, это невозможно. Так пусть же худшее случится», — приводит слова эксперта ИА Eurasia Daily.
Что имеет в виду глава Международного евразийского движения, не вполне понятно. Автор как бы предлагает некий ребус и тут же предупреждает, что разгадка не принесет удовлетворения. Прямо как в русских сказках: «Налево пойдешь — коня потеряешь, направо пойдешь — жизни лишишься, а прямо пойдешь — жив будешь, да себя забудешь». Богатыри там всегда выбирают самый опасный вариант, идут вперед, принимают бой и побеждают злую силу.
Но то — в сказках. Дугин же говорит о том, что должно произойти в реальности, причем о чем-то очень плохом и в то же время неотвратимом. Более того, дает на это добро, не предлагая никаких подсказок, что за этим может стоять.
Правда, у данного интеллектуального квеста есть продолжение, в котором Александр Гельевич без всяких намеков объясняет, что значит «действовать по-настоящему жестко».
«Давайте уже придем в себя, — пишет он в своем Telegram-канале AGDchan. — Недовоёванная война — это практически конец нам. Только Победа, а пока — война. Грезы о мире без Победы не просто наивны, они преступны. Мы вступили в драку, и теперь у нас только один шанс выйти из нее: нанеся противнику наглядное поражение. Все остальное будет поражением для нас самих. Да, я понимаю. Мы взяли на себя тяжелую ношу, но это наша русская судьба. Победа — это нелегко. Но либо она, либо вообще ничего».
Из сложившейся ситуации, по мнению Дугина, ни одного выхода нет, кроме Победы — любой ценой. Поэтому речь тут может идти не только о мобилизации (он готов снова поставить этот вопрос), но и «об использовании кое-какого особого вида оружия».
«Сейчас врага надо огорошить. Например, выкрасть Зеленского, Буданова или кого ещё, с одновременной серией ударов „Орешником“ по штабам, поставкой ТЯО Ирану и хуситам и немыслимым ультиматумом ЕС с шантажом применения СЯО и требованием публикации вторых 3000000 файлов Эпштейна. А их копии, думаю, уже у нас есть. Еще можно выкрасть кого-нибудь и заявить, что теперь экономика его страны — наша. То есть, надо просто зеркалить Трампа», — предлагает известный геополитик.
Однако вопрос, что же он понимает под тем самым «худшим», чего избежать уже невозможно, остается без ответа… Хотелось бы верить, что Дугин просто наводит на мысль, что концепция «Мы не такие» себя изжила, и на смену ей пришла другая — «Если враг не сдается, его уничтожают». И здесь «мы за ценой не постоим». Но…
— Ничего нового это заявление не несет, — считает политолог, эксперт Института стран СНГ Игорь Шишкин. — Это прием, который неоднократно уже использовался в течение последних четырех лет, сколько идет специальная военная операция. Время от времени кто-то у нас объявлял: «Одумайтесь. А если не одумаетесь, будет вам ужас-ужас, потому что мы за ценой не постоим». Помнится, были заявления о том, что, если у кого-то поднимется рука на Крымский мост, то разверзнется «геенна огненная» под ними и всех поглотит.
Я, возможно, утрирую. Но было такое? Было.
И вот на Западе очередной виток эскалации, а мы вместо реального ответа только грозим, что можем жахнуть. Караганова, помнится, выпускали, он рвал на себе рубаху и призывал вдарить атомной бомбой по Польше, а еще лучше — по Англии. Мол, смотрите, какие мы страшные, и прекращайте эскалировать. Идите на переговоры с нами, договоритесь с нами по-хорошему.
Данное заявление, я думаю, следует рассматривать в том же самом ключе. Тот же стандартный пропагандистский ход, который применяется все четыре года в ответ на каждый новый виток эскалации, в ответ на каждую попытку договориться, которая проваливается. К чему это приводило, мы знаем. Наши противники каждый раз внимательно смотрели, что произойдет. Ничего не происходило, и они, соответственно, шли на следующий виток эскалации. И дошли уже до того, что американские и английские ракеты по наводкам американских же спутников бьют по Белгороду и Брянску.
«СП»: Дугин предлагает «зеркалить» Трампа. Например, выкрасть Зеленского или Буданова, поставить тактическую «ядерку» Ирану с хуситами… Как вы на это смотрите?
— Это два разных подхода: один — пугать и ничего не делать. Второй подход — реально отвечать, а лучше атаковать. Почему Зеленский и его хунта такие смелые? Да потому что все четыре года они уверены, что с них ни одного волоса не упадет. Потому что мы — другие, им можно продолжать воевать до последнего украинца, переводить кровь украинцев в доллары и евро на своих счетах, и знать, что они ничем не рискуют.
Так что одно дело — грозный рык, а другое — реальный ответ.
Если взорвались «Северные потоки», значит, должен выйти из строя их газопровод. Если ударил «неизвестно кто» — якобы ВСУ — американскими ракетами по нашему Белгороду, значит «неизвестно кто» должен ударить по какому-нибудь американскому объекту. И в таком случае сразу же появляется желание договариваться.
Напомню: когда президент США Кеннеди вздумал с нами поиграть в такие игры и разместил в Турции и в Италии ракеты средней дальности с ядерными боеголовками — т.е. приставил ядерный пистолет к виску Советского Союза, что сделал Хрущёв?
«СП»: Как раз ответил зеркально — переправил советские ядерные ракеты на Кубу…
— Правильно. И у американцев сразу возникло желание договариваться. И мы договорились. Кстати, та самая доктрина Монро, которую сейчас пытается возродить Трамп, была выброшена на свалку истории именно в результате того ответа Хрущёва.
Я не говорю, что сейчас американцев можно испугать размещением ракет на Кубе. Каждому времени — свой ход. Какой именно, это искусство политиков и их ответственность. Но принцип остается неизменным — США готовы договариваться и идти на взаимовыгодные компромиссы только тогда, когда чувствуют силу соперника и опасность для себя. Как только мы поставили их в такое положение тогда — в 1962 году, — сразу же пошли переговоры о сокращении ядерных вооружений, о системах ПРО и проч. Как только мы перестали быть для них опасны, сразу вдруг выяснилось, что можно на полном серьезе обсуждать вопрос, не поставить ли «Томагавки» Зеленскому, чтобы он долбанул по Кремлю.
Повторюсь: пустое запугивание, как показали четыре года СВО, ни к чему никогда не ведет. На каждый их шаг надо отвечать так, чтобы они поняли — следующие делать себе дороже.
