«Российские редкоземы нужны миру»: почему Америка возобновила покупку металлов у Москвы

© Oliver Berg/ dpa/Global Look Press

тестовый баннер под заглавное изображение

Всего за 2025 год США приобрели у России соединений редкоземельных металлов на $125,8 тысяч — на 45% больше, чем в 2024-м. В результате наша страна по итогам года расположилась на 19-м месте среди поставщиков этого ценнейшего сырья Америке. Впрочем, её выручка несопоставима с суммами, которые получили лидеры: по данным ESA, в первую пятерку вошли Китай ($106,5 млн), Франция ($28,3 млн), Япония ($26,1 млн), Австрия ($8,9 млн) и Германия ($7 млн).

Между тем, к ноябрю-декабрю иттрий, чьи соединения широко применяются в полупроводниковой, авиастроительной и энергетической промышленности, из-за торговой войны между Вашингтоном и Пекином за год рекордно подорожал: с $8 до $126 за килограмм. То есть, на 1500%. После того, как в апреле китайские поставки в США полностью прекратились, американцы, у которых на КНР ранее приходилось более 90% импорта иттрия, стали срочно искать альтернативного экспортера.

На сегодняшний день Соединенные Штаты являются крупнейшим в мире потребителем редкоземов, а иттрий в тех объемах, что обеспечивал Пекин, им взять негде. За период с января по апрель 2025 года они закупили его в КНР на сумму в $106,5 млн, а дальше возник гигантский провал. Россия на данный момент не способна заместить для американцев Китай: хотя общие запасы редкоземельных металлов (по данным Минприроды) составляют 28 млн тонн, доля добычи не превышает 1 % от всего мирового объема, а переработка в стране находится в зачаточном состоянии. Мы спросили экспертов, насколько важен для РФ факт возобновления в декабре российских поставок в США.   

Игорь Расторгуев, ведущий аналитик AMarkets:

«Соединенные Штаты в декабре действительно вернулись на наш рынок редкоземельных металлов, купив партию на $68,8 тысяч. Цифры, конечно, не впечатляющие — на фоне мирового оборота это капля в море. Но важен сам факт: поставки возобновились после восьмимесячной паузы, причем декабрьский объем стал максимальным с осени 2023 года. И если посмотреть на итоги года, США нарастили закупки на 45% по сравнению с 2024-м. Это говорит о том, что, несмотря на всю риторику, американский бизнес испытывает реальную потребность в нашей продукции. Высокотехнологичные сектора — от электроники до «зеленой» энергетики — без редкоземельных элементов просто не работают.

Однако было бы наивно полагать, что мы сидим и ждем милостей от заокеанских партнеров. Внутри страны идет системная работа, которая делает этот интерес со стороны США скорее приятным бонусом, а не жизненно необходимым фактором. Например, запуск Ангаро-Енисейского кластера глубокой переработки редких и редкоземельных металлов, основные объекты которого должны заработать в ближайшие три года, выводит отрасль на принципиально иной уровень. А недавно анонсированные Минпромторгом адресные субсидии для производителей РЗМ, которые должны покрывать разницу между себестоимостью и рыночной ценой, — это именно та точечная господдержка, которая позволяет растить собственные компетенции и снижать зависимость от импорта.

Конечно, на этом пути стоят объективные сложности. С одной стороны, США пытаются ввести заградительные пошлины в 133% на наш палладий, защищая свои производства. С другой — на мировом рынке доминирует Китай с долей в 70%. Но именно в такой парадоксальной ситуации у России есть все шансы укрепить свои позиции. Мы обладаем вторыми в мире запасами редкоземельных металлов и постепенно выстраиваем полную технологическую цепочку внутри страны. Поэтому возвращение США на наш рынок — не сенсация, а закономерный сигнал: российские редкозёмы нужны миру, и спрос на них будет только расти».

Михаил Никитин, руководитель практики по международному бизнесу и финансам, партнер 5D Consulting:

«Возобновление закупок в РФ редкоземельных металлов со стороны США — новость, безусловно, заметная. Американский бизнес проголосовал рублем, точнее, долларом, несмотря на всю политическую риторику. И здесь, на мой взгляд, гораздо интереснее не столько сам факт продажи, сколько контекст, в котором она происходит.

Китай, контролирующий под 70–80% глобального рынка, с начала 2025 года методично ужесточал экспортный контроль, добравшись к апрелю до 14 из 17 видов редкоземельных металлов. Для западных производителей полупроводников, электромобилей и оборонной электроники это не просто звонок, это — набат. Следуя жесткому рыночному принуждению им приходится искать альтернативных поставщиков.

В этой ситуации наше конкурентное преимущество — даже не столько второе место в мире по запасам, сколько географическая и, если хотите, логистическая близость к растущим рынкам Азии и сохранившиеся компетенции. Нам нужно наращивать глубину переработки, уходить от экспорта концентрата. Но тот факт, что за 2025 год США нарастили закупки наших РЗМ на 45%, говорит о том, что российский продукт на мировом рынке востребован и занимает свою нишу. Пока американцы раскачиваются с запуском своих проектов (а это годы и миллиарды инвестиций), мы уже здесь, с реальным продуктом.

Однако было бы ошибкой думать, что нам следует любой ценой встраиваться обратно в американские цепочки поставок. Намного важнее, что происходит внутри страны. Сейчас, в 2026 году, мы подходим к переломному моменту, когда отрасль перестает быть «стратегическим дискурсом» и становится во главу угла. В Соликамске проектируют крупнейший завод, запускаются новые добычные мощности. Да, текущая потребность внутреннего рынка невелика — около двух тысяч тонн в год, но это база, которая будет кратно расти по мере развития собственной электроники и машиностроения. Плюс субсидии от Минпромторга, которые должны нивелировать разницу с китайскими ценами и сделать нашу продукцию конкурентной дома. Поэтому декабрьскую сделку с США я бы рассматривал не как прорыв, а как хороший бонус к той большой системной работе, которая уже идет. Главный наш потребитель в ближайшее десятилетие — мы сами».

Артур Леер, вице-президент Ассоциации экспортеров и импортеров:

«Мы получили очередной сигнал о том, что даже в условиях сложной внешнеполитической конъюнктуры экономические связи полностью не обрываются. Когда речь идёт о стратегическом сырье, которое востребовано в высокотехнологичных отраслях, решения принимаются прагматично. Любые взаимоотношения, которые приносят доход российским экспортёрам и расширяют географию поставок, оцениваются позитивно. Для компаний, работающих в сегменте редкоземельных элементов, диверсификация рынков — это вопрос устойчивости: чем шире пул покупателей, тем стабильнее финансовый результат, и тем меньше зависимость от конъюнктуры одного направления.

При этом сам процесс взаимодействия всегда находится в двух ключевых контурах. Первый — соблюдение законодательства РФ и действующих ограничений, чтобы экспорт не противоречил национальным интересам и установленным правилам. Второй — приоритетное обеспечение внутреннего рынка. Редкоземельные металлы имеют стратегическое значение, поэтому баланс между внешними поставками и внутренними потребностями принципиален. Если этот баланс соблюдён, экспорт становится инструментом укрепления позиций российских компаний на глобальном рынке».

Источник