Фото: en.wikipedia.org
тестовый баннер под заглавное изображение
Большой Брат 2.0
— Юрий Николаевич, действительно ли мечты западных (и не только западных) разведок о всевидящем оке Большого Брата осуществились? Причем, ежесекундно можно наблюдать не только за простыми обывателями, но и за главами государств.
– В какой-то мере, да. Впрочем, насчет простых обывателей – кому они интересны? А вот влиятельные политики – да, за теми надо бы присмотреть.
Издание The New York Times это подтверждает: «Увеличение количества датчиков и камер в сочетании с искусственным интеллектом кардинально изменило возможности американской разведки по поиску глав иностранных государств.
Американские разведывательные агентства давно прослушивают, определяют географическое местоположение и следят за высокопоставленными лидерами, начиная с самых первых дней холодной войны. Пятнадцать лет назад разоблачения WikiLeaks включали документы, которые дали представление о том, как Соединенные Штаты пытались отслеживать лидеров Китая и его ядерное оружие. Бывший канцлер Германии Ангела Меркель была возмущена, обнаружив, что ее личный мобильный телефон прослушивается ближайшим союзником страны, и пожаловалась президенту Бараку Обаме, что это напомнило ей о детстве в Восточной Германии.
Сегодня даже простое прослушивание разговоров иностранного лидера кажется старомодным пережитком шпионажа после окончания холодной войны.
Сейчас возможность в режиме реального времени определить местоположение лидера — это священный Грааль. И резкое увеличение числа электронных датчиков, установленных на углах улиц, дверных камерах и платных автомагистралях, в сочетании с методами искусственного интеллекта, позволяющими быстро извлекать действительно важную информацию из миллиардов точек данных, генерируемых этими датчиками, преобразило искусство слежки за местонахождением VIP-персон. По всему миру разведывательные агентства научились отслеживать открытие и закрытие электронных дверей в резиденциях лидеров, а также определять местоположение мобильных телефонов телохранителей и членов семей, которые могут путешествовать с иностранным лидером, но обычно гораздо небрежнее относятся к шифрованию своих сообщений и используют одноразовые телефоны».
– Звучит весьма самоуверенно, если не нагло. Не находите?
– Привыкайте к американскому стилю. Гленн Герстелл, главный юрисконсульт Агентства национальной безопасности с 2015 по 2020 год, в период, который, кстати, включал и часть первого срока Трампа, откровенничал: «Если бы у нас была возможность с высокой степенью уверенности уничтожить Саддама Хусейна с помощью высокоточного удара, войны в Ираке бы не было. Единственный способ его уничтожить — это иметь войска на земле. Но теперь, благодаря расширенным возможностям, мы можем наносить удары по отдельным лидерам».
– В США полагают, что такая возможность появилась?
– Судя по истории с похищением Мадуро и убийством Хаменеи, да.
– Американцы не боятся чересчур заиграться? Ведь в этой игре могут поучаствовать и другие, скажем так, партнеры…
– Могут. Пол Колбе, который возглавлял представительство ЦРУ в Москве в 2000 году, напомнил о такой неприятной возможности: «Примечательно, что Трамп не пытается сделать такое ни с Си Цзиньпином, ни с Владимиром Путиным, ни даже с Ким Чен Ыном, который обладает арсеналом из 60 и более ядерных боеголовок. Я не уверен, что можно экстраполировать эту возможность на универсальную способность отслеживать каждого лидера повсюду. Если вы лидер враждебной страны, вам следует серьезно беспокоиться. Но если вы Путин или Си Цзиньпин, то не так уж и сильно, из-за того, что на кону стоит многое. Урок, который постоянно преподают, заключается в том, что, если у вас нет ядерного оружия, вы гораздо более уязвимы».
— Более чем прозрачный призыв всем, кто не успел, обзаводиться ядерным оружием, и Ирану – прежде всего. Но это – всего лишь политика. Что встревожило профессиональных разведчиков в связи с наплывом всяких там шпионских «джймсбондовских» штучек? Казалось бы, наоборот, эти «штучки» упрощают им работу. Или – нет?
– Похоже, они сами толком не могут разобраться, что для них – хорошо, а что – не очень. The Washington Post опубликовало очень любопытное, если не забавное журналистское расследование Дэвида Игнатиуса «Группа новаторов переосмысливает шпионскую игру для мира без прикрытия»: «В 2018 году Арон Браун, работая оперативным сотрудником ЦРУ, написал пост в блоге агентства, предупреждая о том, что он назвал «распознаванием походки». Он предостерег своих коллег, что компьютерные алгоритмы вскоре смогут идентифицировать людей не только по лицам, отпечаткам пальцев или ДНК, но и по уникальной манере их ходьбы.
Многие из его коллег, обученных традиционным искусствам маскировки и сокрытия, отнеслись к этому скептически. Один из них назвал это «порнографией угроз». Но прогноз Брауна оказался пугающе точным. В исследовании, опубликованном в мае 2025 года, сообщалось, что модель FarSight, использующая распознавание походки, тела и лица, показала 83-процентную точность в идентификации человека на расстоянии до 1000 метров и 65-процентную точность даже при скрытом лице. «Трудно переоценить, насколько это мощно», — сказал Браун.
История Брауна иллюстрирует глубокие преобразования, происходящие в мире разведки. Шпионам буквально негде спрятаться. Миллионы камер по всему миру записывают каждое движение и навсегда каталогизируют его. Каждое действие оставляет цифровые следы, которые можно изучить, и связать с другими. Ваш мобильный телефон и аккаунты в социальных сетях точно показывают миру, кто вы и где находитесь».
«Американцы почему-то запаниковали»
— Ну и что? Учитесь обманывать камеры, меняйте методы конспирации. За несколько тысяч лет истории разведки и контрразведки такое нередко повторялось. И ничего – спецслужбы никуда не делись.
– Согласен. Но американцы почему-то запаниковали. Они вдруг обнаружили, что попытки сокрытия информации могут иметь обратный эффект в цифровую эпоху. “Вашингтон пост”, ссылаясь на источника в разведке, поведало интересную историю. Якобы, более десяти лет назад ЦРУ предоставило сети шпионов в одной из стран Ближнего Востока одноразовые телефоны и дало указание включать их только при отправке оперативных сообщений. Но местная служба безопасности разработала алгоритм, который мог идентифицировать «аномальные» телефоны, используемые нечасто. Сеть была раскрыта из-за попытки сохранить секретность. Арон Браун прокомментировал ситуацию: «Чем больше вы пытаетесь скрыться, тем больше вы выделяетесь».
— Получается, если у вас сегодня нет мобильного телефона или профиля в социальных сетях, это может сигнализировать о том, что вы — шпион или преступник, пытающийся оставаться вне поля зрения общественности? Это они всерьез?
– Разделяю ваше недоумение. Но я бы не стал легкомысленно относиться к мнению этого, безусловно, крупного профессионала разведки. Арон Браун, офицер ЦРУ по борьбе с терроризмом, входит в небольшую группу бывших сотрудников, которые пытаются переосмыслить саму концепцию американской разведки, чтобы выжить в эпоху «повсеместного технического наблюдения» (UTS). Он основал новую компанию под названием Lumbra. Ее цель — создать «агентов» на основе искусственного интеллекта, которые смогут находить, оценивать и использовать данные, раскрывающие намерения противника.
Это мир новых технологий. Например, одна из структур, входящих в Lumbra, выявляет исследователей, которые могут иметь связи с, допустим, китайской разведкой. Другая — анализирует системы больших данных так же, как это делает рекламная компания, чтобы выявлять закономерности с помощью ADINT — аналитической разведки. Третья использует технологию Obscura — для переадресации сигналов сотовых телефонов между различными учетными записями, чтобы их нельзя было идентифицировать или перехватить.
Создатели этих якобы коммерческих разведывательных структур — бывшие сотрудники ЦРУ или военные. Их объединяет опасение, что разведывательное сообщество недостаточно быстро адаптируется к новому миру шпионажа.
— Недостаточно быстро – это как? И почему?
– Судя по всему, происходит острая конкурентная борьба между старыми «добрыми» методами разведки и нынешним электронно-цифровым шпионажем, дирижируемым искусственным интеллектом (ИИ). Причем зачастую ИИ побеждает. Хотя, как считают американские аналитики, не всегда объективно и справедливо. Зачастую он выигрывает только в скорости добывания и обработки информации. Увы, не всегда абсолютно достоверной и нужной. Человеческая логика нередко представляет ситуацию иначе. Вот и решай, что важнее.
— Живых людей из разведки вытесняет ИИ?
– Похоже на то. Тогдашний директор ЦРУ Джордж Тенет еще в 1999 году увидел это несоответствие и основал собственную венчурную фирму агентства под названием In-Q-Tel, чтобы наладить связи с технологическими стартапами, имеющими свежие идеи, которые могли бы помочь агентству. Первым генеральным директором In-Q-Tel стал Гилман Луи, ранее работавший разработчиком видеоигр. In-Q-Tel сделала несколько удачных ранних инвестиций, в том числе в компанию-разработчика программного обеспечения Palantir и компанию по разработке оружия Anduril.
— Были серьезные успехи?
– Не всегда. Первые попытки ЦРУ создать новые методы работы иногда приводили к обратным результатам. В качестве особенно катастрофического примера можно привести разработку, казалось бы, гениального метода связи со своими агентами за рубежом с использованием интернет-адресов, которые выглядели как новостные или тематические сайты. В качестве примеров были приведены иранский футбольный сайт, страница, посвященная растафарианской музыке, сайт для поклонников «Звездных войн» и десятки других. Согласно расследованиям Yahoo News и Reuters, опасность заключалась в том, что если одного агента поймают, то уловка с технологией может быть раскрыта, что поставит под угрозу жизни множества других агентов. Это было похоже на отправку секретных писем, которые можно было отследить до одного и того же почтового ящика — ошибка, которую ЦРУ и допустило с Ираном.
— Случился провал?
– Такое иногда происходит. Так уж получилось, что спецслужбы Ирана разоблачили интернет-мошенничество и начали уничтожать сети ЦРУ примерно в 2010 году. Вскоре Китай сделал то же самое. Сети американцев в обеих странах были в значительной степени уничтожены в период с 2010 по 2012 год.
Еще лет 12 назад директор ЦРУ генерал Дэвид Петреус вынужден был предупредить, что основы шпионажа изменились: «Мы должны переосмыслить наши представления об идентичности и секретности. Каждый оставленный байт информации раскрывает сведения о местоположении, привычках и, путем экстраполяции, о намерениях и вероятном поведении».
— И как, переосмыслили?
– По крайней мере, пытались. Как оказалось, в мире шпионажа машины двигались быстрее людей. Так, агент Норман был одним из сотрудников ЦРУ, которые пытались (безуспешно) модернизировать систему. В 2014 году он вернулся из-за границы, чтобы занять руководящую должность в оперативном отделе. В то время агентство пыталось оправиться от краха своих сетей в Иране и Китае, а также от последствий разоблачения Эдвардом Сноуденом секретов ЦРУ и Агентства национальной безопасности. Норман вспоминает, что тогда он думал, что «основы нашей работы подрываются», и что агентству необходимо отреагировать.
Норман убедил свое начальство, что в своей следующей зарубежной командировке ему следует попытаться создать то, что впоследствии получило название «станция будущего», которая бы тестировала новые цифровые технологии и идеи, способные улучшить наступательные и оборонительные операции. Этот эксперимент имел определенные успехи в борьбе со слежкой и отказе от устаревших методов. Но идея «станции», обычно расположенной в посольстве, все еще оставалась ограничивающим фактором.
«Вы же генеральный директор Kodak», — Норман пытался предупредить директора Джину Хаспел, когда уходил в отставку в 2019 году, говоря о компании по производству фото- и видеокамер, которая доминировала в отрасли до появления цифровой фотографии. Но Kodak упустила шанс измениться, и мир прошел мимо.
Впоследствии Норман постарался образно объяснить сопротивление ЦРУ грядущим и необратимым переменам: «Если бы Генри Форд обратился к клиентам транспортной отрасли и спросил, чего они хотят, они бы ответили: «Более быстрых лошадей». Именно это и пыталось создать ЦРУ — более быстрых лошадей».
Новые технологии шпионажа
— И все же, зная вполне успешную историю американских спецслужб, не понимаю, почему они, образно говоря, сейчас тормозят?
– А почему вы решили, что они, как вы выразились, «тормозят»? Поверьте, там парни не глупее нас. Они изучают ситуацию и вырабатывают решение. И они его вскоре примут.
Интересна история Майка Йегли, специалиста по анализу данных, возглавляющего компанию cohort.ID. В 2016 году он изучал проблемы беженцев, и ему стало интересно, сможет ли он найти данные, которые могли бы быть полезны неправительственным организациям, желающим помочь сирийцам, спасающимся от гражданской войны в Турции. Он купил данные с сирийских мобильных телефонов — дешево, потому что у них было мало коммерческого применения. Затем, по наитию, он начал искать устройства, которые находились недалеко от Форт-Брэгга, Северная Каролина, — где базируются самые секретные силы специальных операций Америки, — а позже появились в Сирии. Он обнаружил группу телефонов из Форт-Брэгга, сигнал от которых поступал из заброшенного цементного завода Lafarge в пустыне на северо-востоке Сирии.
Цементный завод был штаб-квартирой Объединенного командования специальных операций, которое руководило войной Америки против ИГИЛ* (запрещенная в России террористическая организация). Предполагалось, что это одно из самых секретных мест на планете. Журналистам, работающим в составе оперативной группы, не разрешалось пройти больше 50 метров без сопровождения. И вот оно, подсвечивающееся на экране приложения для сбора данных коммерческой рекламы.
Йегли поделился этой информацией с военными еще в 2016 году, и это быстро привело к усилению безопасности телефонной связи. Командиры предположили, что Йегли взломал или перехватил эти конфиденциальные данные.
«Я купил их», — сказал им Йегли. Даже военные эксперты по безопасности, похоже, не понимали, что мобильные телефоны создали золотую жилу информации, которую рекламодатели расхищают, но правительство в значительной степени игнорирует.
Благодаря советам Йегли и многих других экспертов, анализ данных сегодня становится все более важным источником информации.
— Как разведсообщество адаптируется к новым технологиям?
– Сложности, конечно, есть.
Гленн Чафец, занимавший в ЦРУ должность первого «руководителя по техническим вопросам» в оперативном управлении, рассказал: «Люди поняли, что проблема заключалась не только в камерах, но и в платежных системах, мобильных приложениях, Wi-Fi-станциях — в любой технологии, которая генерировала данные, сохраняющиеся навсегда. Но многие офицеры, поступившие на службу в ЦРУ в то время, когда еще не было сотовых телефонов, цифровых камер или Google, по-прежнему испытывали непонимание и сопротивление.
Для старшего поколения профессиональным навыком было освоение «маршрутов обнаружения слежки», позволяющих выявлять и избегать слежки. Все сотрудники следственных органов прошли полевую подготовку, чтобы отработать методы обнаружения слежки и прерывания встреч с агентами, которые могли быть скомпрометированы. Они встречались со своими агентами только в том случае, если были уверены, что те «незаметны», то есть остаются незамеченными. Но когда камеры были повсюду и записывали все, такая уверенность стала невозможной. В прежние времена, если тебя не поймали с поличным, значит, тебя не поймали. Но теперь скрытые камеры могли отслеживать извилистый маршрут оперативника к месту тайника и его местоположение задолго до и после этого. Его агент мог забрать тайник неделю спустя, но его передвижения также записывались до и после этого. Модели передвижения и поведения можно было отслеживать и анализировать на предмет подозрительных аномалий.
В течение десятилетий стандартным решением ЦРУ в вопросах секретности операций было усиление использования «неофициальных агентов под прикрытием», известных как NOC. Они могли выдавать себя, например, за банкиров или бизнес-консультантов, а не за сотрудников посольств США. Но в эпоху социальных сетей и бесконечных данных NOC стало легче распознавать. Они не могли просто внезапно устроиться на работу под прикрытием. Им требовалась подлинная цифровая история, включая такие вещи, как профиль в LinkedIn без пробелов, который никогда не изменится.
Некоторые молодые сотрудники ЦРУ опасались, что шпионаж с использованием человеческих ресурсов может оказаться практически невозможным. «Станция будущего» не изменила методы работы. «Прикрытие» было изношено. Секретные каналы связи были взломаны».
— Возникли большие трудности не только с внедрением своих штатных агентов, но и с вербовкой на местах?
– Именно поэтому изменили схему вербовки. Арон Браун считает, что для вербовки человека-шпиона всегда требуется другой человек, способный установить необходимую связь доверия. Но как только эта связь будет установлена, он считает, что технологии удивительным образом усилят влияние шпиона.
Аналитики спецслужб сходятся во мнении, что использование реальных шпионов на местах станет редкостью. Иногда информация будет настолько ценной, что ЦРУ будет рисковать жизнью одного из своих сотрудников и агента, чтобы получить ее лично. Но такой вид шпионажа лицом к лицу станет исключением. Будущее шпионажа написано в нулях и единицах. ЦРУ сможет выжить как могущественное разведывательное агентство только в том случае, если совершит кардинальную смену парадигмы.
— Роль агентуры ЦРУ будет изменена?
– Полагаю, роль и функции агентуры останутся прежними – добывать информацию. Однако, нынешние и бывшие сотрудники американских разведывательных служб утверждают, что традиционные методы шпионажа с участием людей все чаще оказываются неэффективными. То есть, ЦРУ нужны новые шпионы – и качественно, и количественно. По словам американских официальных лиц, в последние годы ЦРУ резко сократило свои успехи в вербовке иностранцев для передачи важных секретов Соединенным Штатам. Один из бывших сотрудников заявил, что с 2019 года набор новых агентов сократился на двузначные проценты.
Директор ЦРУ Джон Ратклифф на слушаниях в Сенате в январе прошлого года, когда утверждалась его кандидатура, заявил: «Мы все знаем, что уровень сбора разведывательной информации с помощью агентов не соответствует необходимым требованиям».
Сбор разведывательной информации с помощью средств радиоэлектронной разведки, включая перехваченные телефонные звонки, текстовые сообщения и электронные письма, является основой разведывательной деятельности и, по словам американских чиновников, составляет не менее 60 процентов статей в ежедневном брифинге президента. Однако эффективная шпионская программа требует как агентурной, так и электронной разведки, а также других технических средств сбора информации, таких как получение изображений.
Человеческий фактор
— То есть без человека все равно не обойтись?
– Нынешние чиновники и бывшие разведчики утверждают, что ничто не заменит хорошо подготовленного источника информации, способного проникнуть в места, недоступные для прослушивания или спутниковой связи, подтвердить фрагментарную информацию или получить представление о намерениях враждебно настроенных лидеров.
Иногда самые ценные разведывательные данные поступают от агентов, обеспечивающих Агентству национальной безопасности США возможность взламывать компьютерные системы, особенно в таких важных местах, как штаб-квартиры военных или, например, руководство Коммунистической партии Китая. Бывший высокопоставленный сотрудник американской разведки рассказал: «Некоторые из наших лучших новобранцев не расскажут вам, что думает Си Цзиньпин. Они работают в отделах связи и имеют доступ к этим ключевым системам. Вот почему мы нацеливаемся на них. Главный человек, которого мы хотим завербовать в посольстве Китая в США, — это не посол, а специалист по шифрованию».
– Что сейчас мешает созданию разведсетей?
– Повсеместное техническое наблюдение. Сьюзан Миллер, бывшая руководительница резидентуры ЦРУ, рассказала, что сотрудникам разведки и их иностранным агентам теперь приходится преодолевать электронный барьер из устройств слежки и мониторинга, который ставит под сомнение их способность скрывать свою истинную личность и тайно проводить встречи. Поэтому появление повсеместной слежки заставило сосредоточиться на качестве, а не на количестве: «Я бы предпочла одного хорошего агента, который будет работать тихо и не привлечет внимания служб противников, чем 20 посредственных. Сейчас мы более разборчивы».
Некоторые бывшие чиновники заявили, что ЦРУ слишком опрометчиво вербовало большое количество чиновников в Китае в начале 2000-х годов, допустив при этом ошибки. Пекинские службы безопасности начали ликвидацию сети американских шпионов в 2010 году, казнив или заключив в тюрьму до двух десятков агентов ЦРУ, что стало сокрушительным ударом по деятельности агентства в стране.
Гленн Чафец напомнил, что компрометирующие данные могут храниться в интернете вечно. Разведывательная служба, такая как китайская, может обнаружить даже спустя месяцы, что предатель из ее рядов встречался с сотрудником ЦРУ, обработав большие объемы данных с камер по всей стране с помощью сложных фильтров искусственного интеллекта: «Чтобы оставаться в тайне, нужно быть безупречным всегда, до любой операции, во время операции и навсегда после нее».
Как-то одного разведчика спросили:
— Для чего ты пошел в музыкальную школу?
— Чтобы уметь отличить фугу от ноктюрна.
— Зачем?
— Чтобы не выглядеть дураком.
