Фото: commons.wikimedia/CEphoto, Uwe Aranas/Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0
тестовый баннер под заглавное изображение
Дмитриев отреагировал на резонансное сообщение о том, что Saudi Aramko, одна из крупнейших в мире энергетических компаний, повысила на $17 за баррель цену на флагманский сорт нефти Arab Light для покупателей из азиатских стран. В мае она будет на $19,5 выше экспортной стоимости марок Омана и ОАЭ.
«Впервые в истории Саудовская Аравия устанавливает надбавку в $20 за баррель к и без того заоблачной цене на нефть», — заметил глава РФПИ, сделав на основании этого однозначный вывод о неотвратимости катастрофического дефицита сырья.
Тем временем, утром 7 апреля июньские фьючерсы на Brent подорожали в моменте на лондонской бирже ICE Futures до $111,08 за баррель. Днем ранее президент Дональд Трамп заявил, что США могут «уничтожить» Иран полностью в ночь со вторника на среду, если до этого момента Тегеран не разблокирует Ормузский пролив. По словам старшего рыночного аналитика компании KCM Trade Тима Уотерера, подступающие сроки дедлайна имеют для нефтяного рынка почти такую же важность, как фундаментальные показатели. Поддержку ценам оказывают и сохраняющиеся опасения перебоев поставок из-за закрытия Ормузского пролива и повреждения объектов энергетической инфраструктуре в регионе, добавил Уотерер.
Безусловно, на мировом рынке уже есть дефицит нефти и нефтепродуктов, вопрос в том, обретет ли он катастрофический характер. Тяжелая ситуация сложилась, прежде всего, в странах Южной и Юго-Восточной Азии. Например, как сообщает Bloomberg, во Вьетнаме несколько авиакомпаний приостановили полеты по внутренним маршрутам из-за нехватки топлива и роста цен на него. В Таиланде на многих заправках нет бензина, а там, где он еще остался, выстраиваются огромные очереди. В соседней Индии, которая критически зависит от поставок СПГ из региона Персидского залива, власти запретили использовать газ для работы крематориев…
«Катастрофический дефицит предполагает не просто временное сокращение предложения, а масштабный и продолжительный разрыв между предложением и спросом, — рассуждает предприниматель, глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев. — Однако ситуация постоянно меняется и зависит от ряда ключевых факторов. Существенную роль играет продолжительность ближневосточного конфликта: если он будет урегулирован, судоходство по Ормузскому проливу почти наверняка восстановится, что частично компенсирует потери. Во-вторых, у Саудовской Аравии и ОАЭ есть альтернативные маршруты для экспорта — например, порт Янбу в Красном море или трубопровод в ОАЭ, хотя их мощности ограничены. В-третьих, такие не затронутые конфликтом страны как Россия и Бразилия могут нарастить добычу, чтобы компенсировать дефицит. В-четвертых, ОПЕК+ при определенной согласованности действий может скорректировать квоты на добычу».
Также не надо забывать о стратегических и коммерческих запасах нефти в странах-импортерах, в том числе в США и Японии. По данным на апрель 2026 года, благодаря расходованию резервов, логистическим маневрам и другим мерам удалось возместить около 60% выпавших объемов поставок. Смягчения остроты дефицита (если он продлится долго) позволит добиться и сокращение потребления нефтепродуктов в секторах, чувствительных к цене, — прежде всего в развивающихся странах, отмечает Астафьев. В целом, резюмирует аналитик, события на Ближнем Востоке создают серьезные риски для мирового нефтяного рынка, но утверждение о неизбежности «катастрофического дефицита» — преувеличение.
«С точки зрения чисто внешнего эффекта Дмитриев, будучи медийной фигурой, всё делает верно, осуществляя своего рода словесные интервенции, — говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. — Задача понятна — Россия заинтересована в дорогой нефти, соответственно, рынки не должны расслабляться. Но при этом угроза катастрофического дефицита пока не просматривается, поскольку в стратегических запасах еще остаются довольно большие объемы. Что касается конкретно Саудовской Аравии, да, её суммарный ущерб от американо-иранской войны превысил $10 млрд, да, погрузка саудовской нефти на танкеры в порту Янба на Красном море периодически прекращается из-за обстрелов со стороны Ирана, однако в конечном итоге страна адаптировалась к ситуации. На сегодняшний день она в значительной степени компенсировала потери за счет более высоких цен на сорт Arab Light».
