© Iranian Army Office/ Keystone Press Agency/ Global Look Press
тестовый баннер под заглавное изображение
В этих целях Центробанк Исламской Республики открыл четыре специальных счета на основе риала, юаня, доллара и евро. На них будут зачисляться взимаемые ВМС КСИР сборы. Как заметил Боруджерди, после окончательного утверждения инфраструктуры для цифровой валюты обязательной станет уплата пошлин в риалах, что будет способствовать «беспрецедентному укреплению» иранской национальной валюты.
Тем временем нефть продолжает дорожать: во вторник, 28 апреля, рыночные котировки поднялись выше $110 за баррель Brent. Де факто Ормузский пролив по-прежнему заблокирован (причем не только иранскими, но и американскими силами), а теперь еще Тегеран, со своей стороны, вводит этот статус-кво в жесткие правовые рамки. По оценке Bloomberg, если до июля пролив не откроется для массового коммерческого судоходства, нефтяные цены могут вырасти до $160 за баррель.
-Хотя новые правила судоходства в Ормузском проливе еще не утверждены, очевидно, что Иран намерен нынешнюю практику, по сути, забетонировать, возвести в непререкаемый закон, — рассуждает в беседе с «МК» эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Де факто, пока негласно, он перекрыл пролив таким образом, чтобы отдельные страны и производители могли всё же проходить через него, заплатив определенную мзду, причем не государству, а отдельным структурам. А сейчас власти Ирана устанавливают единый стандарт оплаты, спеша закрепить его в законодательстве и отладить механизм – на какие счета переводить деньги, в какой валюте, под чьи гарантии, и так далее. Цель ясна – остальной мир должен принять эти правила игры как данность, о торге не может быть и речи. Независимо от того, когда закончится ближневосточный конфликт, и какие будут у этой истории военно-политические итоги.
Для Ирана это открывает перспективы получения серьезной дополнительной выручки, в том числе, в иностранной валюте. А главное – формализует его контроль над важнейшей логистической артерией, что становится решающим аргументом в экзистенциальном противостоянии с Соединенными Штатами, Израилем и странами Запада. Приняв новый иранский закон о правилах судоходства, Запад, по сути, смирится и с «абсолютным суверенитетом» Тегерана над Ормузским проливом. Который, замечу, противоречит Конвенции ООН по морскому праву, принятую в 1982 году и вступившую в силу в 1994-м.
