тестовый баннер под заглавное изображение
Официальные статданные свидетельствуют, что промпроизводство в марте увеличилось на 2,3% в годовом выражении после снижения на 0,9% в феврале (в первом квартале – на 0,3%). Обрабатывающая промышленность показала рост на 3% после падения на 2,8% месяцем ранее (в январе-марте – сокращение на 0,7%).
Обороты оптовой торговли в марте выросли на 8% после снижения на 1,7% месяцем ранее, а по итогам первого квартала сократились на 0,5%. Потребительская активность в марте ускорилась до 5,6% в реальном выражении после 2,6% в феврале, а за первые три месяца года – до 3,5%. Оборот розничной торговли прибавил 6,2% (в феврале – 2,0%), в том числе благодаря всплеску продаж легковых автомобилей (+42,1%), лекарств (+14,0%) и одежды (+8,8%). За квартал же розница увеличилась на 3,6%. Инфляция, по данным Минэкономразвития, в марте составила 5,86% в годовом выражении после февральских 5,91%, безработица за первый квартал – 2,2%.
В целом представленная ведомством Максима Решетникова макроэкономическая картина может показаться весьма обнадёживающей, если не вглядываться в детали, не рассматривать весь комплекс официальной статистики (в том числе от Росстата и ЦБ) и сознательно игнорировать потенциальные риски.
— Мартовский рост ВВП обусловлен двумя основными факторами, — рассуждает в беседе с «МК» ведущий эксперт Центра политических технологий, экономист Никита Масленников. – Для начала давайте посмотрим на динамику и структуру промышленного производства. Гражданские отрасли провалились за квартал на 0,6%, соответственно, общий прирост в 2,3% связан исключительно со вкладом ВПК. Во-вторых, оживился потребительский спрос: в марте инфляция в целом стабилизировалась после подскока в январе-феврале, люди стали чуть больше тратить на фоне снижения процентных ставок и некоторого роста заработных плат.
Вроде бы всё неплохо в этом месяце. Однако есть вопросы к показателям деловой активности, и не только к ним. Если апрельские можно считать удовлетворительными, то мартовские были просто отвратительные: впервые за многие годы сводный индекс бизнес-климата (ИБК) оказался в отрицательной зоне, опустившись до −0,1 пункта. Также, по данным ЦБ, в марте на 8,1% (по сравнению с показателями IV квартала 2025 года) снизился объем платежей в российской экономике, проходящих через систему регулятора. Плюс в январе-феврале сальдированная прибыль предприятий сократилась на 43,1% в годовом выражении — то есть, по сути, в первом квартале не было никаких инвестиций со стороны бизнеса. Промпроизводство продвинулось вперед только благодаря оборонному комплексу и заказам сложной военной техники, которая в статистике проходит по разряду инвестиций. Минус 0,3% ВВП в первом квартале означает, что охлаждение экономики продолжается.
