Фото: Sepahnews/Keystone Press Agency/Global Look Press
Ряд стран уже ощущают дефицит нефти, отметил Директор Центра исследований в нефтегазовой сфере Института экономики и регулирования инфраструктурных отраслей НИУ ВШЭ, завотделом исследования энергетического комплекса мира и России Института энергетических исследований РАН Вячеслав Кулагин. Запасы в хранилищах при НПЗ истощились.
— Чем дольше Ормуз закрыт, тем ситуация будет становиться всё сложнее. Не будем забывать, что есть первичные факторы, а есть вторичные. Первичные – это нехватка нефтепродуктов на рынке. Вторичные – это та продукция, которая должна быть произведена из поставок из Залива, — подчеркнул эксперт.
Кризис судоходства в Ормузском проливе коснется не только нефтяной отрасли, считает Кулагин. Если блокировка затянется на длительный срок, проблемы приобретут глобальный характер и затронут всю мировую экономику.
— Если газ не дошел до Индии, значит не произведены удобрения, дальше это повлияет на сельское хозяйство, — спрогнозировал аналитик и добавил, что закрытие пролива окажет косвенное влияние на ситуацию с голодом в мире, аналогично с тем же гелием. Сегодня вы не привезли гелий, завтра разные компании в Южной Корее и на Тайване по-разному оценивают последствия. Кто-то говорит, что запасов у них осталось на неделю-две, кто-то – до четырех месяцев. У всех по-разному, но, опять же, не привезли гелий – проблемы с высокотехнологичной «промкой». Дальше производится меньше чипов, во всей цифровой промышленности подрастают цены и будет определенная нехватка оборудования.
Ситуация на рынке нефти сейчас очень напряженная, констатировал эксперт. При этом даже в случае разблокировки судоходства по Ормузскому проливу Ближневосточный регион уже никогда не станет прежним.
— Все зависит от того, успокоится ситуация на Ближнем Востоке или нет. Если успокоится, нас ждет много сюрпризов. Мир в плане Ближнего Востока уже не будет таким, каким он был три месяца назад. Ближний Восток рассматривался не только в плане нефти, а как регион для отраслей, которые считались привлекательными: есть дешевая энергия, почему бы из нее не построить фабрики с ЦОДами для обработки данных и так далее. Завтра дешевая энергия останется, а стабильность исчезает.
