Фото: commons.wikimedia/José Luiz/Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0
тестовый баннер под заглавное изображение
Накануне Минфин США на месяц возобновил лицензию на продажу части российской нефти. Ослабление санкций распространяется на сырьё, погруженное на суда до 17 апреля, и действует до 16 мая. Согласно оценке главы Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), спецпредставителя Президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилла Дмитриева, это решение затронет свыше 100 млн баррелей, находящихся в пути.
Рынок на эту новость отреагировал быстро. После обвала цен на российскую марку нефти Urals более чем 10%, до $104,7 за баррель, спровоцированного новостью об открытии Ормузского пролива Ираном для беспрепятственного прохода коммерческих судов на период действия перемирия в Ливане, котировки снова пошли вверх. И утром в субботу, 18 апреля, за бочку российской нефти покупатели готовы были платить до $108,5 за баррель. В то же время эталонный сорт нефти Brent продолжил снижение, опустившись до $90,38 (-9%), хотя обычно он дороже российской марки Urals.
Эксперты поспорили о причинах столь высоких цен на отечественное «черное золото». По словам независимого финансового аналитика Андрея Верникова, всё дело в том, что каждый нефтеперерабатывающий завод настроен на переработку определенного сорта нефти. Перенастроить оборудование стоит дорого. Urals — это «тяжелая нефть» с большим содержанием серы. Сейчас в мире дефицит этой марки, но это временная история. «Основная причина такого роста цен на Urals кроется в том, что она, в отличие от нефти родом с Аравийского полуострова, доступна для физической доставки, — утверждает гендиректор «Технобит» Александр Пересичан. — Ее можно купить и получить, а не только купить и надеяться, что она когда-то куда-то будет поставлена. Если для трейдеров, которые торгуют ценой на нефтяные фьючерсы, физическая поставка не особо интересна, то реальные потребители нефтепродуктов заинтересованы именно в сырье, которое будет поставлено». Нефть марки Urals в силу того, где она добывается, не проходит через Ормузский пролив. И это сейчас её основное преимущество. Особенно это актуально для контрактов с поставкой в ближайший месяц, уверен эксперт.
По мнению завкафедры логистики Финансового университета Ивана Петрова, сейчас на нефтяном рынке наблюдается неустойчивое равновесие и цены в первую очередь реагируют на геополитические сигналы. При этом российская марка Urals менее чувствительна к мгновенным новостям из-за специфики торговли: значительная часть контрактов идет с лагом, а сами цены формируются не так прозрачно, как у Brent или WTI. Кроме того, в последние месяцы заметно сократился дисконт Urals к Brent, и это отдельный фактор роста. Плюс сохраняется устойчивый спрос со стороны Азии, прежде всего Китая и Индии, куда российские поставки идут по относительно стабильным маршрутам. В результате Urals может временно дорожать даже на фоне снижения глобальных бенчмарков, отметил учёный.
Разделились мнения и о том, как влияет всё это на отечественную экономику. «Ценовой шок с конца февраля на мировом рынке нефти благоприятен и для рынка акций РФ, и для поступлений в бюджет нефтегазовых доходов», — считает руководитель центра по аналитике российских акций «БКС Мир инвестиций» Кирилл Бахтин. Прогнозы на ближайшее будущее также имеют позитивную окраску. Так, по словам члена РАСО, топ-менеджера в области финансовых коммуникаций Андрея Лободы, военный конфликт продолжит перекраивать экономическую карту, а Россия продолжит расширять мировую торговлю по ценам заметно выше заложенного в бюджет уровня $59 за баррель нефти марки Urals. Незапланированные дополнительные доходы, по мнению эксперта, сбалансируют бюджет, страна может получать от 100 до 200 млрд рублей ежемесячно дополнительно в казну.
Но есть и менее оптимистические оценки. «Тактически Россия выигрывает от высоких цен на нефть и от того, что Европа задумалась о том, чтобы продолжить покупать углеводороды из России и после 2027 год, — подчеркнул Верников. — Стратегически, если ситуация вокруг Ормуза продлится полгода или больше, Россия может проиграть, так как высокие цены на нефть вгонят мировую экономику в рецессию, и спрос на сырьевые товары и стоимость их упадет». Минусы для России, как и для других стран, в том, что если напряженность на Ближнем Востоке продлится долго, это приведет к ускорению мировой инфляции, которое помешает ЦБ РФ снижать ставку, а значит, экономика России не сможет выйти на траекторию роста, предупредил аналитик.
