тестовый баннер под заглавное изображение
«С 1 марта 2026 года Трудовой кодекс дополняется новым основанием для прекращения трудового договора с иностранным гражданином. Это касается случаев, когда субъект РФ, действуя в рамках своих полномочий, устанавливает квоту или иное ограничение на привлечение иностранной рабочей силы, и работодатель обязан под это подстроиться», — уточнил депутат Нилов.
Парламентарий напомнил, что с 2014 года регионы имеют право вводить такие ограничения для иностранцев, прибывающих по визе. Однако, по словам Нилова, до сих пор трудовое законодательство не содержало прямой нормы, позволяющей расторгнуть договор на этом основании. Что создавало правовую коллизию для нанимателей. Теперь же, уверяет законодатель, «ситуация урегулирована» в юридическом отношении: «новый закон призван устранить пробел и сделать механизм регулирования прозрачным» в равной степени для бизнеса, иностранных специалистов и региональных властей.
Нилов также заметил, что нарушение региональных квот уже сейчас влечет серьезную административную ответственность для компаний, вплоть до крупных штрафов и приостановки деятельности.
По состоянию на декабрь 2025 года, свыше тридцати субъектов РФ установили запрет на труд мигрантов в различных отраслях. Например, в Иркутской области иностранцам не позволяют работать в 16 сферах экономики, в том числе в такси и на общественном транспорте. Местные жители жалуются на резкое ухудшение качества услуг (включая сложности с заказом машины и со связью с водителем) и рост цен почти вдвое. Хотя по словам официальных лиц, негативного влияния на экономику уход иностранцев из запретных для них сфер не оказал. Они перетекли в те отрасли, где был наибольший дефицит рабочих рук — строительство и торговлю.
В Саратовской области «иностранным специалистам» закрыт доступ к сферам общепита, общественного транспорта, образования, здравоохранения, курьерской деятельности, социальных услуг и военной безопасности. Они также не могут работать в органах государственного управления. В Тверской области мигрантам запрещено трудоустраиваться в 82 сферах деятельности.
Важно, что запрет касается не всех иностранцев, а лишь обладателей трудового патента. Его должны получать жители стран, с которыми у России установлен безвизовый режим. Это, например, Таджикистан и Узбекистан. Ограничение не относится к прибывшим из государств — участников ЕАЭС, с которыми заключены международные соглашения (Казахстан, Киргизия, Армения и Беларусь). Но что нового и принципиально значимого привносит в сложившуюся практику нынешняя мера, озвученная депутатом Ниловым?
«С экономической точки зрения решение абсолютно оправдано и своевременно, — говорит эксперт по социальным коммуникациям и семейным инициативам Анастасия Горелкина. — Мы наблюдаем не просто ужесточение миграционной политики, а её качественную настройку под текущие реалии рынка труда. Согласно постановлению правительства, ещё в декабре прошлого года были утверждены новые лимиты на 2026-й, и тренд очевиден: долю иностранных работников планомерно сокращают там, где могут трудиться россияне. Взять хотя бы строительную отрасль: лимит снижен с 80% до 50%, а в торговле алкоголем и табаком иностранцев теперь не будет вовсе. Приоритет — занятость российских граждан и легализация трудовых отношений».
Конечно, кадровый вопрос стоит остро, и нельзя просто перекрыть кислород мигрантам. Но здесь важно смотреть на структуру занятости, а не только на объёмы. Государство переориентирует миграционные потоки с низкоквалифицированной и часто «серой» рабочей силы на целевой найм. Пример — недавние соглашения с Индией: в этом году ожидается приток как минимум 40 тысяч специалистов, которые приезжают по контракту и чётко привязаны к рабочим местам. Плюс, увеличивается квота для визовых мигрантов из таких стран, как Китай или Турция — почти на 19%. Это меняет сам подход, отмечает аналитик: работодатель получает предсказуемого сотрудника, а рынок труда становится более цивилизованным.
Риски для бизнеса, безусловно, есть, но они преувеличены. Экономика к таким решениям готова. Во-первых, макроэкономическая подушка позволяет проводить любую структурную перестройку без потрясений: международные резервы страны только за первый месяц года выросли почти на $80 млрд и превысили $833 млрд. Во-вторых, отмечает Горелкина, повышение стоимости патентов (в Москве, например, до 10 тысяч рублей) и новые требования к знанию языка и стажу для получения полисов ОМС отсеивают нелегалов и тех, кто не собирается интегрироваться в наше общество. Это переход к более эффективной модели, где каждый работник — и российский, и иностранный — находится в правовом поле и платит налоги.
«Несколько сегментов отечественного рынка труда, в частности такси и маршрутки, монополизированы не просто этническими диаспорами, но людьми без российского паспорта, к тому же, плохо говорящими по-русски, — рассуждает директор Центра социальной экономики Алексей Зубец. – Зарплаты там относительно неплохие, и, по справедливости, эти места должны получать в первую очередь граждане РФ, а потом уже – все остальные. К сожалению, и среди фактических россиян немало тех, кто приехал к нам откуда-то и просто купил гражданство, поскольку такая коррупционная возможность сохраняется. А вообще, надо смотреть на финансовое состояние региона. Чем регион беднее, тем больше сфер экономической деятельности он будет закрывать для мигрантов».
Скажем, в Москве иностранцы вполне свободно чувствуют себя на рынках, в продуктовых маркетах, на общественном транспорте, зарабатывая при этом не такие уж большие деньги. А где-нибудь за Уралом власти изгнали их из этих сегментов. Другое дело, что мало кто из местных жителей приходит им на смену – по причине отсутствия квалификации или желания. «Ситуация в целом по стране тревожная, — резюмирует Зубец. — Рабочих рук реально не хватает, особенно, на низкооплачиваемых позициях. В сельском хозяйстве дефицит кадров доходит до 30-40%. Не думаю, что проблему удастся решить административным путем, с помощью какого-то очередного закона».
