Фото: Алексей Меринов
тестовый баннер под заглавное изображение
В своем обращении Трамп пытался убедить Рейгана в том, что благодаря своим выдающимся навыкам переговорщика он мог бы достичь желаемых результатов на благо Америки и всего мира.
Рейган ему не доверил эту миссию 40 лет назад, но теперь Трамп, уже в качестве президента США, получил от Владимира Путина прекрасную возможность наверстать упущенное. Теперь сам российский президент предложил Трампу продлить на год лимиты на арсенал стратегического ядерного оружия обеих стран на добровольной основе. Хотя продление не предусматривает взаимных инспекций, оно вполне сохраняет дух СНВ-3, который истек 5 февраля. Если бы Трамп согласился, то он мог бы легко сохранить все предусмотренные договором ограничения: 1550 боеголовок, 700 носителей и 800 пусковых установок. Однако Трамп отказался, объяснив, что СНВ-3 изначально являлся «плохим договором».
«Истечет так истечет», — сказал Трамп про СНВ-3, пожав плечами, абсолютно безразличный к тому факту, что мир впервые с 1972 года останется без какого бы то ни было договора, ограничивающего стратегические ядерные вооружения. Это вполне может спровоцировать новую и куда более опасную гонку ядерного оружия — причем по всему миру.
С самого начала Трамп был против СНВ-3, так как считал, что договор скорее был на пользу России, нежели США. Во-первых, для того, чтобы соответствовать ограничению по количеству пусковых установок в СНВ-3, США пришлось сократить их на 25%, а России ничего не надо было сокращать, поскольку изначально их количество находилось ниже этого порога.
Во-вторых, СНВ-3 не распространялся на сокращение тактических ядерных боеголовок, где Россия имеет значительное количественное преимущество — примерно 10:1. В свое время республиканцы были очень недовольны тем, что тогдашний президент Барак Обама не заботился о сокращении также и тактических ядерных боеголовок. Перед тем как республиканские сенаторы дали согласие на ратификацию СНВ-3, они настаивали на поправке к ратификационному тексту, принуждающей администрацию Обамы провести с Россией серьезные переговоры о заключении отдельного договора по сокращению тактических ядерных вооружений. Но этого не было сделано.
Кроме того, многие конгрессмены были недовольны тем, что СНВ-3 ограничивали только развернутые боеголовки. А неразвернутые боеголовки на складах так и остались в неограниченном количестве. Считая СНВ-3 половинчатым, они агитировали за более широкий подход к вопросу разоружения, сославшись на того же Рейгана, который подписал беспрецедентный договор РСМД с СССР в 1987 г., согласно которому была утилизирована целая категория ракет средней и меньшей дальности.
Конгрессмены обеих партий активно поддерживали договоры о разоружении, понимая, что они укрепляют глобальную безопасность. Но Трамп, наоборот, является противником самой базовой концепции ограничительных соглашений, какими бы они ни были, — не только потому, что они связывают США руки, но и потому, что исходит из мнительных подозрений о неизбежном нарушении этих договоров другой стороной. Это одна из причин, почему во время своего первого срока Трамп вышел как из договора РСМД с Россией (обвинив как раз РФ в нарушении этого соглашения), так и из Парижского договора по климату и из ядерной сделки с Ираном.
Более того, Трамп считает, что СНВ-3 изжил себя, так как очень многое изменилось с тех пор, когда был подписан в 2010 г. Во-первых, в то время речь шла об ограничении традиционных стратегических ядерных носителей из «триады»: бомбардировщиков, подводных лодок и межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования. Но сегодня появляется новая категория передовых чудо-ядерных носителей, таких как, например, «Буревестник», «Посейдон», гиперзвуковые ракеты и, возможно, ядерное оружие, которое будет размещено в космосе.
Во-вторых, в 2010 году в китайском ядерном арсенале были только 200 боеголовок. В то время КНР не была серьезным предметом дискуссии в рамках СНВ-3. Тогда считалось, что существуют только две ядерные супердержавы — РФ и США, и поэтому 15 лет назад никому в голову не пришла мысль о том, чтобы включить Китай в какой-либо международный договор об ограничении стратегических ядерных вооружений.
Но теперь Трамп на этом настаивает, так как с 2010 года Китай бурными темпами развивал свой ядерный арсенал как количественно, так и качественно. На сегодняшний день у КНР примерно 600 ядерных боеголовок вместе с передовыми стратегическими носителями. По прогнозу американских спецслужб, через 5 лет Китай обзаведется 1000 боеголовок и тем самым достигнет критического ядерного уровня, затрагивающего серьезные вопросы мировой безопасности и стабильности.
Поскольку Трамп смотрит на партнерство РФ с КНР практически как на один военный блок (хотя он таковым не является), то и полагает, что надо достичь паритета с совокупными стратегическими ядерными арсеналами РФ и КНР. А для этого надо обязательно освободиться от ограничений по СНВ-3.
Плюс ко всем остальным возражениям Трампа, направленным против СНВ-3, есть еще и его сугубо личная неприязнь к этому договору по той причине, что договор был детищем Обамы, одного из самых заклятых врагов. Более того, Джо Байден — еще один заклятый враг Трампа, который «украл у него выборы в 2020 г.», — продлил СНВ-3 на 5 лет в начале 2021 г. По примитивной логике Трампа, любой проект, принадлежащий Обаме и Байдену, является плохим по определению.
СНВ-3 не решил все проблемы распространения ядерного оружия, разумеется, но этот договор прежде всего сократил количество развернутых ядерных вооружений у США и РФ до исторического минимума. Более того, СНВ-3 предусмотрел глубокую систему обмена данными, нотификации и, самое главное, 18 ежегодных взаимных инспекций тех ядерных объектов, которые попали под ограничения СНВ-3. Эти меры не только укрепили взаимодоверие, сотрудничество и эффективность самого договора, но они и минимизировали риск тех недоразумений или ошибок, которые могли бы привести к опасному ядерному столкновению.
Освободившись от ограничения СНВ-3, Трамп хочет первым делом увеличить количество ядерных боеголовок и носителей на американских подводных лодках. Вначале он может просто поставить на существующие носители те ядерные боеголовки, которые находятся на складах. Затем США могут принять более широкие меры и производить новые, современные ядерные боеголовки, носители и пусковые установки, чтобы увеличить и усиливать свой ядерный арсенал. Плюс к этому Трамп может проводить новые ядерные испытания, которые он в октябре угрожал провести.
Одновременно нынешний президент хочет развивать «Золотой купол» — передовую многоуровневую систему ПРО, которая, по идее, должна охватывать весь земной шар. Трамп утверждает, что такая система нужна, чтобы защищаться от нового, передового наступательного супероружия со стороны России и Китая. Однако развертывание «Золотого купола» может спровоцировать новую гонку вооружений, так как Россия и другие страны должны будут создать еще больше наступательных вооружений в своих арсеналах, чтобы иметь возможность в случае серьезного конфликта — или просто для сохранения общего режима сдерживания противника — преодолевать эту укрепленную и более масштабную по своему глобальному охвату американскую систему ПРО.
Россия прекрасно понимает прямую взаимосвязь между наступательными и противоракетными вооружениями. Именно поэтому она пыталась включить в СНВ-3 условия, ограничивающие разработку такой мощной системы ПРО, как «Золотой купол», аргументируя это тем, что она подрывает мировую систему стратегической стабильности. Хотя российской стороне не удалось ввести эти ограничения в СНВ-3, она настаивала на включении в преамбулу договора фразы, что «наступательные и противоракетные вооружения неразрывно взаимосвязаны».
Глобальная безопасность еще сильнее страдает, когда Трамп, в соответствии с его базовой идеологией «Америка на первом месте», подрывает тот «ядерный зонтик», который Америка предоставляла примерно 40 союзникам за последние 75 лет. Но теперь они не могут рассчитывать на американскую ядерную защиту. В результате они, вероятно, будут искать возможности защищать себя при помощи приобретения собственного ядерного оружия. В первую очередь это относится к Южной Корее, Японии, Турции, Польше, а также Саудовской Аравии.
Но если эти страны станут ядерными, то это по спирали спровоцирует новые витки распространения ядерного оружия.
К сожалению, Трамп, отказавшись от предложения Путина продлить на год лимиты по СНВ-3, нанес огромный удар по этому режиму разоружения, который лежал в основе глобальной структуры стратегической стабильности и безопасности.
В 80-х годах легендарный президент Рейган сказал: «Ядерную войну невозможно выиграть, и она никогда не должна быть развязана… и с этой целью мы должны существенно сократить количество ядерного оружия и избавить мир от ядерной угрозы».
Золотые слова! На практике Трамп вполне может ответить на жизненно важный призыв Рейгана, если будет более серьезно относиться к международным договорам разоружения. И он должен начать этот процесс с принятия как можно скорее предложения Путина о продлении лимитов в СНВ-3.
