В России разворачивается кампания в поддержку правозащитника, ученого-экономиста Александра Гапоненко, приговорённого в Латвии к 10 годам лишения свободы. Автор и эксперт «СП» поплатился за свою политическую позицию. Климат русофобии, насаждаемый противниками Москвы, вынуждает задуматься о нетривиальных способах спасения своих.
«Аргумент, что я русский перевесил все остальные аргументы, — прокомментировал Гапоненко десятилетний приговор в зале суда. — По существу меня приговорили к четырём пожизненным заключениям: думаю, два с половиной года — максимальный срок, который можно выжить в тюрьме». В этом феврале ему исполнится 72 года.
Около года Гапоненко уже отсидел — во время следствия и судебного процесса. Осталось девять. Конский срок ему повесили за участие в конференции российского Института стран СНГ на тему «Этноцид российских соотечественников в странах Балтии». Само собрание происходило в Москве, учёный присутствовал на нём дистанционно.
«Его выступление содержало академическую критику языковой политики Латвии, закрытия русских школ, запрета русского языка в государственных СМИ. Каждый тезис профессора подкреплён документами ООН, ОБСЕ, Комитета по ликвидации расовой дискриминации и ЕСПЧ», — говорится в заявлении Института стран СНГ в ответ на приговор правозащитнику.
В документе указывается, что дело Гапоненко — тест на готовность европейцев смириться с уничтожением русского присутствия в Европе. Авторы требуют немедленного освобождения учёного и судебного преследования чиновников, ответственных за его незаконное заключение. «Этноцид не имеет сроков давности», — говорится в заявлении.
«Гапоненко опирался на концепцию культурного геноцида американского юриста Рафаэля Лемкина, — пояснил научный сотрудник Института стран СНГ Денис Панкратов. — Он разработал теорию о том, что уничтожение группы может происходить не только физически, но и через разрушение языка, культуры, исторической памяти».
Действительно, предъявлять учёному обвинения в «разжигании национальной вражды» и «помощи иностранному государству» за озвучивание неоднократно проверенных и даже задокументированных международными организациями фактов — безумие. Вот только на субъективный взгляд это не тест — тесты были раньше, а расправа.
Процесс поставлен на поток. Гапоненко уже осуждён, политик и публицист Владимир Линдерман (организатор референдума о государственном русском языке в Латвии и тоже автор «СП») ожидает окончания своего судебного процесса по политически схожим обвинениям. Он на свободе, но часть следствия провёл в центральной Рижской тюрьме.
Удалось вытащить после 8 месяцев заключения на подписку о невыезде Татьяну Андриец — гражданку Латвии и студентку СПбГУ, которую в феврале 2023 года отправили под стражу по обвинению помощи иностранному государству и нарушении международных санкций. По-прежнему идут суды по делу активиста-антифашиста Александра Жгуна.
В заключении — досудебном или по приговору, находятся Елена Крейле (за русский флаг в окне квартиры), Светлана Николаева (мама студента Саши Дубяго — тоже за флаг РФ), Полина Камлева (по подозрению в финансировании СВО), Игорь Кузьмук (за репост призыва в поддержку военных РФ), лидер Русской общины Латвии Виктор Гущин.
Репрессии проходят на фоне массовых увольнений на основании требований закона о национальной безопасности, запрещающего россиянам и белорусам работать на объектах критической инфраструктуры Латвии, а также депортации из страны тех, кто не сдал тест на знание латышского языка. Ситуация, прямо подтверждающая тезис Гапоненко об этноциде.
Ужесточение давления на русских (не только в этническом, но и политическом смысле: всех, кто использует и отстаивает русский язык) стало следствием повышения градуса русофобии в Европе, кажется, мечтающей переиграть итоги 1945-го, используя в качестве предлога СВО. Так что юридический фронт мало чем отличается от фронта обычного — горячего.
(«Обращение в ЕСПЧ было после 2022 года бессмысленным из-за разразившейся в Европе русофобии, — писал Гапоненко в письме казахстанскому политзеку-русофилу Ермеку Тайчибекову. — Сам проиграл два процесса в этом суде. Считаю твое поведение в заключении настоящим духовным подвигом, поскольку ты не изменил своим убеждениями»).
Подготовка к реваншу шла давно. Марши легионеров СС, которые дозволялось проводить в Риге и других странах Балтии, уголовные преследования ветеранов Великой Отечественной войны, институт неграждан для русскоязычных, сворачивание школьного образования на русском языке. Гапоненко и другие сопротивлялись этому изо всех сил.
Жаль, что усилия Москвы по противодействию политике Риги, Таллина и Вильнюса были, мягко говоря, недостаточными. Долгое время, особенно в 90-е, наши дипломаты предпочитали отворачиваться, заметать проблемы под ковёр, стараться не раздражать оппонентов и тем лишь поощряли их наступательную линию. А что сейчас?
«Решительно осуждаем политизированный, основанный на заведомо ложных сфабрикованных обвинениях вердикт… Это попытка заставить замолчать тех, кто говорит правду. Все это напоминает худшие гестаповские практики», — прокомментировала приговор Гапоненко официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.
Всё верно, но…
Кто виноват, российское общество давно уже поняло, но что будет делать Москва? Одними только гневными заявлениями и даже выражениями озабоченностей (конёк нашего МИД) делу вряд ли поможешь. Требуется действие. Рассчитывать на молниеносную спецоперацию по спасению из-застенков не приходится, поэтому нужен другой путь.
Гапоненко необходимо обменять. В России сейчас громадное количество политических «бандеровцев», отбывающих свои сроки. Есть кого отдать за хорошего человека без особых сожалений. Был же недавно обмен заключенными между РФ и США при участии ещё четырёх стран. Всего на свободу тогда вышли 26 человек. Значит, можем.
Исторически одной из самых известных подобных операций стало спасение из застенков Пиночета лидера компартии Чили Луиса Корвалана. Его поменяли на диссидента-либерала Владимира Буковского. Комбинация вызвала живой отклик в народе, сложившем о ней даже частушки. «Обменяли хулигана на Луиса Корвалана» — самая известная из них.
Чем Гапоненко хуже? Лучше. Кстати, он ещё в 2022 году просил Россию спасать политзаключенных, хотя сам и отказался быть спасенным. Правозащитник считал, что в условиях сворачивания демократии в странах Балтии, надо идти на обмен политзаключенными, как военнопленными. Так, как это делается между Россией и Украиной.
В конце концов, это долг Москвы. Пророссийские активисты Прибалтики годами защищали русский язык и права русских за рубежом. Они буквально делали ту работу, которой должны были заниматься наши часто ленивые чиновники. Сейчас самое время энергично защитить героев сопротивления от русофобских режимов.
Да, придётся поработать. Возможно, неформально. В интересах Русского мира. Взялся за гуж, не говори, что не дюж.
