Наконец-то стало понятно, почему США и Иран не могут договориться. Дело вовсе не в идеологических или политических расхождениях: во времена Real Politik все это можно легко преодолеть.
На самом деле США и Иран не могут сойтись в экономических вопросах: каждая из двух стран хочет контролировать проход кораблей по Ормузскому проливу.
Дональд Трамп наконец-то прямо в этом признался. А вот КСИР (которому сейчас реально принадлежит власть в стране) уже давно заявляет, что проход по Ормузскому проливу может быть только платным. С каждого судна иранские власти хотят брать не менее $2 млн.
Ормузский пролив как экономическое оружие
Это предложение превращает географический фактор в финансовый инструмент. До начала войны в Персидском заливе Ормузский пролив ежедневно пересекали примерно 135 судов.
При сохранении такого потока потенциальная ежедневная выручка могла бы достигать около $270 миллионов, а годовой объем приближался бы к $100 млрд.
Даже в текущих условиях, когда поток сократился до нескольких десятков судов в сутки, речь идет о десятках миллионов долларов ежедневно и миллиардах в годовом выражении.
Таким образом, экономическая логика предложения очевидна. Иран пытается создать альтернативный источник дохода, способный частично компенсировать потери от санкций.
Одновременно это способ закрепить фактический контроль над ключевым транспортным коридором и превратить его в инструмент политического давления.
Однако для США и их союзников такая модель неприемлема, пишет Bloomberg. Администрация Трампа заявляет: признание платы за проход означало бы для США создание опасного прецедента, при котором стратегические морские маршруты могут становиться объектом одностороннего контроля.
Это подрывает принципы свободной торговли и меняет баланс сил на глобальном энергетическом рынке. Хотя чья бы корова мычала: американцы давно уже сами практикуют ту же экономическую агрессию против других стран.
Экономика против политики
Переданный через Пакистан план Тегерана фактически перечеркивает саму идею временного перемирия. По данным New York Times и Reuters, Иран предлагает не краткосрочную паузу, а окончательное завершение конфликта на собственных условиях.
Тегеран требует от США следующего:
гарантий ненападения; полного снятия санкций; прекращения ударов по союзным структурам (включая прокси в Южном Ливане, Палестине, Йемене и других странах); выплаты контрибуций за разрушенную инфраструктуру.
В этих условиях сама идея промежуточного перемирия отвергается как бессмысленная. Администрация Трампа неофициально заявила, что не может принять иранские требования, которые фактически означают признание поражения без формального военного исхода.
Поэтому даже посредничество Пакистана и обсуждаемые форматы краткосрочного прекращения огня выглядят не более чем фикцией. Особенно с учетом того, что на кону $100 миллиардов платы за Ормузский пролив. За такую сумму Трамп и мать родную продал бы.
Почему компромисс невозможен
Тут еще и американские прихвостни добавляют масла в огонь. Бывший советник президента и видный республиканец Джон Болтон предлагает усилить давление на Китай и Россию, требуя прекратить поддержку Тегерана, а в случае отказа расширить помощь другим союзникам США.
Сам же Дональд Трамп обещает устроить Ирану «ад», разбомбив его электростанции, если иранские власти не пойдут на немедленную сделку с США.
Как пишет Bloomberg, даже теоретические компромиссы блокируются «ястребами» рисками внутри самих США. С их стороны любые уступки Ирану могут быть восприняты как слабость. С иранской стороны ситуация аналогична: отказ от заявленных требований подорвал бы позиции КСИР.
Главное препятствие к перемирию заключается в несовместимости целей сторон. Иран стремится к гарантиям безопасности, экономическому восстановлению и признанию своей региональной роли.
США добиваются сохранения контроля, ограничения влияния Ирана и обеспечения свободного доступа к ключевым маршрутам без дополнительных условий.
Предложение по Ормузскому проливу лишь делает этот конфликт более наглядным. Для Тегерана это способ отстоять свой суверенитет и превратить кризис в источник дохода. Для Вашингтона это угроза системе международной торговли и безопасности, выстроенной под его диктовку.
В результате стороны оказываются в ситуации, где любое соглашение означает стратегическое поражение одной из них. Именно поэтому переговоры формально продолжаются, но их содержание все больше отрывается от реальности.
