Двухнедельное перемирие между США и Ираном подается Вашингтоном как завершение «успешной военной операции». Однако, если без словоблудия, картина выглядит иначе.
Все ведущие западные СМИ: от Bloomberg до CNN — обращают внимание на ключевой факт: переговоры идут на основе иранского плана, а не американского ультиматума. Еще несколько дней назад Дональд Трамп, изрыгая слюну, угрожал вбомбить Иран в каменный век, «обрушить ад», «уничтожить за одну ночь», но в итоге сдал назад и согласился обсуждать условия Тегерана.
А он требует отмены санкций, признания права на обогащение урана и даже компенсаций. Сам факт обсуждения этих пунктов — стратегический перелом. По факту США проиграли в затяжной борьбе с Ираном, не рассчитав свои силы.
Даже контроль над Ормузским проливом, ключевой артерией мировой торговли, оказался предметом торга. По оценкам западных аналитиков, если Иран сохранит фактический контроль над проливом, это будет означать его политическую победу независимо от военных результатов.
Конфликт нового типа — энергетика стала оружием
Противостояние в Персидском заливе называют войной нового типа — асимметричной, где решающим фактором становятся не потери на поле боя, а экономический эффект. Об этом предупреждали, в частности, эксперты Института Брукингса (Brookings Institution): современные конфликты смещаются в сторону давления на инфраструктуру, логистику и рынки. Удары по объектам и контроль над Ормузским проливом оказались важнее классических военных операций, поскольку именно они вызвали скачки цен на нефть, сбои в поставках и нервозность глобальных рынков.
Аналитики RAND Corporation подчеркивают, что в таких конфликтах ключевая цель — не уничтожение противника (конкретно: США и Израиля), а нанесение максимального экономического ущерба при ограниченных ресурсах. Иран, не обладая сопоставимой с США военной мощью, сделал ставку на уязвимости глобальной экономики — энергетику и транспорт. В результате даже ограниченные действия привели к многомиллиардным колебаниям рынков.
Такой формат войны показывает: стратегическая победа теперь измеряется не захваченными территориями, а способностью влиять на стоимость ресурсов и устойчивость экономик. США и Израиль, ввязываясь в этот конфликт, даже не смогли просчитать, что он пойдет не по их сценарию, а диктовать условия будет Иран.
В выигрыше от «асимметричной войны» оказалась, прежде всего, Россия, получившая краткосрочный, но крупный бонус: цены на нефть взлетели до максимумов за 13 лет, в бюджет пошли дополнительные доходы, а санкционное давление частично ослабло.
Как отмечают эксперты западных аналитических центров, включая Институт Брукингса и RAND Corporation, Россия сумела воспользоваться ситуацией блестяще. Она расширила экспорт нефти и газа в Азию, усилила позиции в торговых отношениях с Индией и Китаем, отложила болезненные бюджетные решения.
Однако перемирие быстро обнажило обратную сторону. Падение цен на нефть и газ показывает, насколько мировая экономика по-прежнему чувствительна к геополитике. Тем не менее стратегически Россия оказывается в выигрышной позиции.
Потому что сам конфликт ускорил формирование альтернативной энергетической системы, в которой Москва играет ключевую роль. Азия уже переключилась на российские поставки, а западные ограничения потеряли прежнюю эффективность.
Новый Ближний Восток: трещины в системе
Самое важное последствие для еврейско-американской коалиции — политическое. Израиль оказался в положении наблюдателя, несмотря на статус главного союзника США в регионе. Европейские страны — в роли пассивных участников. А ключевыми бенефициарами переговоров стали региональные игроки и посредники — от Пакистана до Китая.
Axios, например, со ссылкой на источники в ближайшем окружении Трампа пишет о внутреннем кризисе. Демократы и даже часть республиканцев обвиняют президента в слабости, в итоге растет риск политического раскола в США. На этом фоне Иран демонстрирует противоположную стратегию — консолидацию, жесткость и последовательность. Он не просто выдержал давление, но и навязал повестку.
Для России это открывает сразу несколько направлений, уверены западные аналитики: укрепление связей с Ираном, развитие транспортного коридора «Север — Юг» и усиление влияния на глобальные энергетические потоки. Запад окончательно убедился, что невозможно изолировать Россию и победить Иран.
И главный итог: США проиграли в затяжной борьбе с Глобальным Югом, потому что попытались действовать силой там, где игра давно идет на выносливость.
