Вашингтон обращался к Москве с просьбой не передавать Ирану разведданные, которые могли использоваться для ударов по американским объектам на Ближнем Востоке, заявил спецпосланник президента США Стив Уиткофф.
Эта новость, появившаяся на днях в СМИ, вызвала массу комментариев и вопросов. Тем более, что реакция Москвы на просьбу Уиткоффа, если она и была, остается неизвестной.
Попробуем разобраться.
— Действительно, такие сообщения были, только Россия не обязана публично разглашать эту информацию, как и ни одно государство в мире. Иран — союзник России, поэтому Москва будет помогать так, как она считает нужным, — говорит доктор политологии Университета Зальцбурга, старший преподаватель кафедры теории и истории журналистики Филологического факультета РУДН, эксперт РСМД Камран Гасанов.
«СП»: Насколько эти разведданные помогают Ирану? Может он обходиться без них?
— У России есть спутники, и сильная разведка. Масштаб поддержки оценить невозможно, но здесь важен сам факт поддержки.
«СП»: Чего мы стесняемся или боимся? Американцы же передают данные Украине. И оружие еще. А мы питаем иллюзии относительно дружбы и партнерства с США?
— Есть формальные обязательства и партнерские связи вокруг украинского урегулирования и в целом по отдельным трекам российско-американского сотрудничества по ДРСМД, СНВ и нефтяным проектам. Конечно, все понимают, но публичную ссору устраивать никто не хочет, ибо потом придется сидеть за столом переговоров.
Трамп тоже избегает публичной критики России, хотя наверняка знает о нашей поддержке Ирана. Ведь как и с Россией, так и Китаем, который тоже помогает, Трампу придется иметь дело по Украине и по торговле.
«СП»: Почему бы им не сделать первый шаг? Возможен ли в теории обоюдный «отвод войск» — соглашение о непредоставлении данных оппонентам?
— Украину на Иран? Такое возможно, если Трамп увязнет и будет заинтересован в том, чтобы спасти лицо. Но мне кажется, что все-таки иранский и украинский кейс — отдельные.
— Истории с передачей данных — не новые. Например, Россия передавала разведданные и Югославии в 1999 году во время агрессии НАТО и Ираку в 2003 году во время вторжения США и их коалиции. И Ливии в 2011 году, — напоминает военно-политический эксперт Владимир Сапунов.
— Правда, никому это особо не помогло, потому что они либо не наносили ответные удары, либо «ответка» не носила массовый характер. Коренное отличие тех конфликтов от нынешнего в том, что Иран активно наносит контрудары по объектам США в Персидском заливе.
Если речь идет о том, чтобы Россия не передавала данные Ирану, то это нужно делать только в обмен на то, чтобы США прекратили бы передавать разведданные киевскому режиму.
Только вряд ли США пойдут на такой обмен, они считают, что их разведданные для Украины более ценны, чем наши сведения для Ирана, учитывая, что у них гораздо более мощная спутниковая группировка: и у военного министерства, и у частных компаний, вроде «Старлинк» Илона Маска.
Думаю, что определенные сведения наши Ирану передаются и это помогает, судя по точности, с какой наносятся удары по американским объектам в Персидском заливе. Плюс Иран получает, я полагаю, такую же помощь от Китая, хотя у них возможности более ограничены. Но Китай больше помогает все-таки напрямую.
«СП»: А что американцы нам могут сделать, если что?
— Сделать они ничего не могут, потому что уже и так все сделали: наводят ракеты на наши фронтовые и тыловые цели. Понятно ведь, что такие ракеты, как Storm Shadow, Scalp-G, ATACMS, MGM не могут наводиться без расчетов стран НАТО.
И вряд ли США захотят осуществить такой обмен, который был бы, вроде бы, взаимовыгодным. Поэтому они хотят от нас жест доброй воли, может быть, хотят его променять на что-то другое, например, на ослабление нефтяных санкций против России или на то, чтобы не проводить пиратские операции против нашего теневого флота.
Но, скорее всего, они просят это просто так, в «духе Анкориджа», чтобы в очередной раз обмануть.
Почему мы стесняемся помогать Ирану в открытую? Может быть, заявлять напрямую громко об этом и не стоит, ведь американцы-то тоже не признают, что украинские ракеты наводятся с помощью их расчетов, а также британских, французских и других европейских. А вот по-тихому это делать нужно обязательно.
Россия, конечно же, заинтересована в том, чтобы Иран как можно жестче отвечал на агрессию США и Израиля, как можно больше ущерб наносил американской военной инфраструктуре.
Потому что нам долгое сопротивление выгодно во всех контекстах, во всех аспектах.
Во-первых, Иран — это наш главный союзник в регионе, в Персидском заливе. А во-вторых, от ответных действий Ирана растет цена на нефть, что нам выгодно. Вот сегодня уже 118 долларов за баррель, и это рекорд за 4 года с начала СВО. В-третьих, то, что США уделяют теперь Украине поменьше внимания.
В информационном плане украинский вопрос откатился на задний план по сравнению с тем, что происходит на Ближнем Востоке.
Вдобавок поддержка оружием Украины неизбежно будет падать, особенно это касается ПВО. Наступательных боеприпасов у них достаточно, а вот оборонительных — конечно, с этим определенные проблемы будут.
