Вторая неделя февраля выдалась удачной для российской космонавтики: сразу два пуска.
В пятницу, 13 февраля, на МКС в составе миссии Crew-12 отправился Герой России Андрей Федяев. Из четырёх членов экипажа он — единственный, кто стартовал в космос на корабле Crew Dragon во второй раз. Для командира миссии — американки Джессики Мейр — это тоже вторая орбитальная экспедиция, но в прошлый раз она летала на российском «Союзе». Двое их соратников — американец Джек Хэтэуэй и француженка Софи Адено покидают Землю впервые. Согласно планам, им предстоит работать на МКС восемь месяцев.
А накануне, 12 февраля с космодрома «Байконур» ушла ракета-носитель тяжелого класса «Протон-М» с метеоспутником «Электро-Л» № 5 и первым в истории иранским спутником общественного телевещания «Джам-е Джам-1».
Оба аппарата успешно выведены на геостационарную орбиту — 35786 км над экватором. Время в пути составило 6 часов 37 минут.
Гарантийный срок службы российского метеоспутника 10 лет, его масса 2,12 тонны.
Пуск ракеты «Протон-М» стал 116-м для ракеты этой модели (всего разных «Протонов» стартовало более 430). Но самое главное — он был первым после трёхлетнего перерыва, связанного с разногласиями между «Роскосмосом» и казахстанской стороной, которая считает эту ракету опасной для окружающей среды.
Печальная демонстрация того, каким ущербом может закончиться пуск «Протона-М», случилась 2 июля 2013 года. Тот старт был 74-м для носителя, его демонстрировали в прямом эфире федеральные каналы, поскольку ракета должна была вывести три спутника группировки ГЛОНАСС, о которой в тот период много говорили.
На 32-й секунде после старта, не выходя из телекадра, ракета упала и взорвалась в 2,5 км от стартового комплекса. Глава Федерального космического агентства РФ (ныне «Роскосмос») Владимир Поповкин отправился к месту крушения и получил отравление парами гептила на краю воронки от взрыва. Вскоре после этого он скончался.
Экологический ущерб от той катастрофы оценили в 4,4 млрд рублей. В те годы на катастрофе никто не стал спекулировать, и после некоторого перерыва пуски «Протона-М» возобновились.
Однако после сложных политических событий, которые произошли в Казахстане в 2022 году, и на фоне давления на Россию из-за СВО тема нашей ракеты-гиганта (общий вес — 700 тонн, из которых 600 тонн — это топливо) стала спекулятивной, и её старты с Байконура почли за благо остановить.
И вот пуск всё-таки состоялся. Это — разовая уступка Казахстана, или старты с Байконура могут быть продолжены? Об этом «Свободной Прессе» рассказал научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев:
— Существовало официальное соглашение (подписанное ещё в прошлом десятилетии — «СП»), что «Протоны» летают с «Байконура» до 2025 года. Но у нас осталось еще немного таких ракет — меньше 10 штук. Конечно, хотелось бы их запустить.
Старт, который состоялся 12 февраля, был запланирован на конец прошлого года, но возникли технические сложности. Договорились его перенести.
Я думаю, что стороны договорятся и об остальных пусках каким-то образом, хотя не знаю каким.
Планируется запуск на геостационарную орбиту наших спутников связи по госзаказу. Это — тоже задача для «Протона-М».
«СП»: Когда начнёт полноценно летать тяжелая «Ангара» с российского космодрома «Восточный»?
— Производители могут сделать спутник под любую ракету, но заказчики — например, ФГУП «Космическая связь» — не любят «Ангару», потому что она ещё мало облётана, а «Протон-М» — старый, проверенный. Трудно сказать, что он надежный, потому что у него плохая статистика (из 116 пусков удачным выводом аппаратов на орбиту завершились 103 — «СП»), но в последние разы «Протон-М» летал вполне нормально.
«СП»: Когда оставшиеся «Протоны» улетят, Байконур будет нужен только для запуска пилотируемых «Союзов»? Не окажется ли этот космодром, мягко говоря, недогруженным?
— Будет ещё совместный проект «Байтерек» …
«СП»: Не очень нужный, когда заказчики привыкнут к «Ангаре».
— Контракт между Россией и Казахстаном подписан до 2050 года. Согласно этому соглашению, мы каждый год платим по $115 млн долларов за аренду Байконура, а запусков всё меньше. Картина для нас неудачная в финансовом смысле.
Было бы хорошо переписать договор с тем, чтобы он учитывал число стартов, а не просто мы платили за занятую площадь, но пока никто об этом не говорит. Это было бы выгодно нам, но не казахам.
«СП»: Из-за пожара на стартовом столе «Союзов», который случился в прошлом году, мы сейчас кроме «Протона» ничего не можем запускать с Байконура. А сами летаем только на Crew Dragon. Как долго это продлится?
— Обещали закончить ремонт к февралю, но скорее всего в марте-апреле, действительно, завершат. Первым после этого полетит грузовой «Прогресс» на МКС, а следом — с небольшим перерывом — уже экипаж.
«СП»: В последнее время много нештатных ситуаций и аварий связанных с космосом. Неудача с космическим кораблём Boeing CST-100 Starliner, досрочное возвращение миссии Crew-11 с МКС, пожар на единственной стартовой площадке для пилотируемых «Союзов» на Байконуре. Это — цепь совпадений или можно говорить о кризисе?
— Это — не самые серьёзные аварии. Серьёзными считаются, в первую очередь, — когда люди погибают, и второе — когда ракета не долетает до орбиты.
Вот вторых случаев сейчас очень много, но это касается новых фирм, которые приходят в космос со своими ракетами. Когда разрабатываешь новую ракету — надо строить стендовую базу для доводки на земле всех элементов. Тогда меньше аварий будет при запусках. Но это — дорого.
А можно делать много испытательных пусков. Так Маск поступает с ракетой Starship (тяжелая многоразовая — «СП») — запускает и отрабатывает в полёте (пока успешных было 4 из 10 — «СП»).
Если такой метод дешевле, то и об авариях в данном случае не говорят, как о неудаче.
