Министерства иностранных дел Азербайджана и России опубликовали совместное заявление, в котором сообщили об урегулировании последствий в связи с крушением самолета Embraer 190 авиакомпании AZAL в 2024 году.
Напомним. Во время отражения атаки украинских беспилотников борт попал под обстрел в небе над Грозным, пошел в Актау, где произвел жесткую посадку рядом с аэродромом. Погибли 38 человек, почти 30 получили ранения.
«В соответствии с договоренностями президентов Азербайджанской Республики и Российской Федерации, достигнутыми на их встрече в Душанбе 9 октября 2025 года, стороны пришли к надлежащему урегулированию последствий, включая вопрос о выплате компенсаций», — говорится в заявлении внешнеполитических ведомств двух стран.
Отмечается, что инцидент произошел в результате «непреднамеренного срабатывания» системы ПВО в российском воздушном пространстве.
Стороны отметили, что предпринятые шаги подтверждают взаимное стремление к дальнейшему развитию взаимовыгодного сотрудничества в рамках союзнического взаимодействия", а также выразили уверенность, что «прогрессивное развитие азербайджано-российских отношений» будет способствовать укреплению добрососедства и расширению сотрудничества «в интересах народов двух государств».
Именно после катастрофы самолета авиакомпании AZAL началось резкое охлаждение между Москвой и Баку. Азербайджан предпринял целый ряд недружественных шагов, таких, как закрытие Русского дома, арест граждан России.
В прессе развернулась антироссийская кампания. В свою очередь, Россия перестала закрывать глаза на деятельность азербайджанской мафии, один из лидеров которой — Шахин Шыхлински, был недавно осужден на 24 года по «мокрой статье» и насилие против сотрудников правоохранителей органов.
После встреч Путина и Алиева накал страстей пошел на спад. Как отношения России и Азербайджана будут развиваться дальше?
— В совместном заявлении МИД России и Азербайджана от 15 апреля 2026 года говорится о результатах прошлогодней встречи президентов двух стран в Душанбе, — отмечает политический аналитик Михаил Нейжмаков.
— Например, сказано, что крушение самолета произошло «в результате непреднамеренного действия системы ПВО в воздушном пространстве РФ». Но и президент РФ в октябре говорил, что причина — «в технических сбоях самой системы ПВО России».
При этом примерно через 1,5 месяца после переговоров в Душанбе, в ходе брифинга в азербайджанском посольстве в Брюсселе в конце ноября 2026 года помощник Ильхама Алиева Хикмет Гаджиев заявил, что «мы перевернем страницу недопонимания и продолжим нормальные добрососедские отношения между двумя странами» после официальных извинений российской стороны, компенсаций семьям пострадавших, полного расследования и «привлечения виновных к ответственности».
Конечно, нельзя исключать, что вопросы Баку все это время касались, в первую очередь, последнего требования. В апрельском совместном заявлении МИД про «ответственность виновных» напрямую не говорится, хотя возможно, этот вопрос описывается широкой формулировкой про «надлежащее урегулирование последствий».
И все же, более вероятно, что в конце 2025- начале 2026 гг. устойчивой «разрядке» в отношениях сторон могли препятствовать другие, в том числе, непубличные факторы, напрямую с трагическим крушением самолета не связанные.
Вполне вероятно, что существенные подвижки в возможных закрытых консультациях между сторонами могли произойти между серединой февраля 2026 года, когда Ильхам Алиев в ходе Мюнхенской конференции по безопасности высказывался об отношениях с Москвой еще весьма прохладно, и концом марта, когда Владимир Путин упомянул о сотрудничестве с Баку «на прочном фундаменте».
Конечно, не стоит забывать и про переговоры между вице-премьером РФ Алексеем Оверчуком и его азербайджанским коллегой Шахином Мустафаевым в начале марта. Однако по опыту 2025 года мы помним, что диалог по экономическим вопросам между Москвой и Баку не обязательно предвещает устойчивую внешнеполитическую «оттепель» сам по себе.
«СП»: Вопрос тут ведь был, видимо, больше в политике, чем в деньгах?
— Судя по тому, что в течение 2025 года имела место сразу несколько инфоповодов, которые усиливали охлаждение между Москвой и Баку, дело не в расхождении формулировок вокруг крушения авиалайнера, а в том, что стороне в принципе не могли выстроить баланс отношений в новых условиях. Понятно, что России на Южном Кавказе сегодня работать сложнее, чем еще несколько лет назад.
«СП»: Что дальше? Ждать ли теперь потепления отношений. Или былого уровня уже не вернёшь?
— Стороны пока настроены использовать открывшееся окно возможностей для «оттепели». Отсюда следующие друг за другом совместное заявление МИД и визит вице-премьера РФ Алексея Оверчука в Баку.
При этом нельзя исключать, что стороны еще могут проходить через «период охлаждения», в том числе, в текущем году. Хотя длительное «охлаждение» нашим странам объективно невыгодно.
«СП»: В России новость о совместном заявлении МИД далеко не в топе, в азербайджанских пабликах прямо ликование: прогнули русских. Нет ли опасений на этот счет?
— События последних полутора еще раз показали, что обстановка для диалога с Баку для Москвы заметно изменилась по сравнению с 2020-м или даже с 2022-м годом. В то же время, и для азербайджанской стороны слишком серьезное охлаждение с Москвой сулит издержки.
В частности, серьезные длительные охлаждения мешали бы Баку развивать свой потенциал в качестве транспортного хаба, получать выгоду от «параллельного импорта», да и отвлекали бы ресурсы от шагов по усилению своих позиций на иных направлениях.
Например, после 2022 года Азербайджан заметно нарастил интенсивность контактов со странами Центральной Азии. При этом, как во многих других случаях с политикой на постсоветском пространстве, многое для внешнеполитических позиций России зависит от того, по какому именно сценарию закончится кризис вокруг Украины.
