Спикер Совета Федерации РФ Валентина Матвиенко заявила — перед Россией в полный рост встала стратегическая угроза — обезлюживание территорий.
Чтобы противостоять ей, необходимо добиваться равномерного расселения. Люди не должны сосредотачиваться в нескольких крупных мегаполисах и ютиться там в квартирах, вместо этого они должны строить просторные дома по всей России.
А в начале нынешнего года Матвиенко заявляла, что нельзя игнорировать проблемы в работе «Почты России», особенно в селах — в противном случае ее сотрудники «скоро разбегутся».
«Почему великая авиационная страна не может разработать нормальный региональный пассажирский самолет? Вот сделали „Суперджет“, но кому он нужен? Он не годится для региональных перевозок. В „Аэрофлоте“ он стоит у борта. За рубеж никто не покупает. Самолет на самом деле на 80%, если не больше, зарубежный», — ругалась она, помнится, в 2019 году.
В итоге «Суперджет» до сих пор не спас российскую авиацию от коллапса, а «Почта России» как имела большие проблемы, так от них и не избавилась.
И есть все основания подозревать, что люди как ютятся сейчас в «человейниках» нескольких мегаполисов, так и будут ютиться, оставляя пустыми действительно огромные территории страны. А все потому, что с демографией у нас, мягко говоря, полная засада, хоть та же Валентина Матвиенко и говорила, что наши женщины должны рожать раньше, а нормальные семьи должны иметь по пять детей.
Точно такая же засада у нас, по большому счету, со всем.
С экономикой, хотя министр финансов России Антон Силуанов признавал высокие темпы инфляции еще в 2021 году. С промышленностью, хотя еще в 2022 году занимавший тогда пост главы Минпромторга Денис Мантуров признавал провал нашей рыночной промышленной политики. С высоким уровнем бедности, который называл главной социальной проблемой страны еще в 2020 году глава Минтруда Антон Котяков. С образованием, хотя министр просвещения Сергей Кравцов и признавал проблему низких зарплат учителей в 2025 году.
Впрочем, россияне обо всех этих проблемах говорили задолго до того, как их озвучивала власть.
А почему вообще наша власть все время обозначает проблемы, которые и без того видны всем, да еще с большим временным лагом, когда проблема уже становится едва ли не национальной катастрофой?
— Что касается озабоченности госпожи Матвиенко опустением территорий, то не стоит забывать, что у нас, вообще-то, есть инициатива Минэкономразвития о пространственном размещении опорных населенных пунктов, — напомнил в беседе с «СП» действующий депутат Госдумы, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук Сергей Обухов.
— Только вот дело в том, что эта инициатива не предусматривает охвата всех существующих в России малых городов и райцентров. То есть, видимо, до спикера Совета Федерации донесли, что даже эта концепция расселения, предложенная министерством, изначально предполагает вымирание значительно доли малых населенных пунктов страны. А попросту говоря — просто шлак.
Один из основных лозунгов КПРФ — «русские — в малые города». Но люди туда должны уезжать тогда, когда там есть производство, налажена социальная сфера, здравоохранение, образование. И, естественно, нормальное жилье.
У нашего товарища по партии Владимира Кашина, к слову, есть программа социального развития сел и малых городов, которую КПРФ с огромным трудом все-таки пробила наверху. Но ее без конца из года в год власть урезает и урезает, хотя на нее и предусмотрено было изначально всего несколько миллиардов рублей. Это и без того гораздо ниже, чем минимально необходимо, чтобы покрыть все нужды нашей хронически недофинансируемой глубинки, а бесконечное урезание финансирования не позволяет наполнить ее более-менее реальным содержанием.
Я сам в своё время выносил на обсуждение законопроект о родовых усадьбах. С той целью, что российская семья должна получать от государства земельные наделы по всей стране при государственной же поддержке и помощи. Чтобы развивалось малоэтажное строительство и народ возвращался к земле. Именно отсюда «растут ноги» у проекта «Дальневосточный гектар». Но нашему стройкомплексу, нашим бюрократам оказалось выгоднее строить «человейники» и «крольчатники».
И вот на этом фоне власть еще переводит муниципалитеты на одноуровневую систему управления. Фактически это означает, что из малых поселений и городов государственная власть попросту уйдет. Вообще полный швах получится.
«СП»: Почему швах?
— Потому что без власти поселение существовать не может. А раз государственная власть из малых населенных пунктов уходит, получается, она своими же руками открывает широкое пространство для маневра всяким мафиозным структурам. И что мы получим, как говорится, на выходе? Что по факту в той или иной сельской местности, не ровён час, какой-нибудь клан начнет делами заправлять?
«СП»: Получается, наша власть ртом-то артикулирует правильные, хорошие вроде бы вещи. Озвучивает, пусть и с заметным опозданием, проблемы, которые давно уже видны всем. Но почему же тогда руками-то делает совершенно противоположное? Почему не принимает эффективные решения? Что мешает?
— Потому что наша власть имеет имитационный характер. У нее же задача не реально решить ту или иную проблему, а организовать пиар-кампанию. Представители власти почему-то уверены, что после этого решение проблемы произойдет как бы само собой.
Помните, например, какая бурная пиар-кампания разворачивалась в свое время вокруг экономической задачи «догнать и перегнать Португалию»? Ну и чем все закончилось? Догнали? А неплохо было бы нам в итоге догнать-таки одну из беднейших стран классической Европы. Тогда в России, может быть, наконец-то пенсии приблизились в отметке в 40 000 рублей как минимум.
«СП»: А длительное отсутствие эффективных решений и заведомо провальные многолетние инициативы власти в сфере демографии, экономики, идеологии, воспитания и так далее не переполнят в один прекрасный день чашу народного терпения? Мы слишком хорошо знаем, чем может это закончиться, в истории нашей страны немало примеров.
— На самом деле происходит ползучее гниение самого института власти в России. Я думаю, самое страшное, что только может произойти при таком раскладе — полное обрушение самой конструкции власти.
«СП»: Если именно такой возможный сценарий вдруг приобретет статус базового, сколько времени может понадобиться, чтобы на пепелище «уставшей» конструкции возвести более надежную и качественную? И при каких условиях это будет возможно?
— После обрушения, по каким бы причинам оно не произошло, возрождение всегда сопрягается с большими трудностями. Вспомним Смутное время XVII века. Россия чуть не на столетие погрузилась в колоссальное запустение.
Вспомним время после 1917 года. Сколько потребовалось крови и человеческих жертв, чтобы восстановить находящееся в руинах государство? Ведь мы тогда пережили интервенцию аж четырнадцати государств, подпитываемое нашими внутренними коллаборационистами. Немцы с запада вместе с австрийцами. Французы с итальянцами на юге. На востоке мы вынуждены были несколько лет терпеть буферную Дальневосточную Республику, не имея возможности позволить себе прямое военное столкновение с Японией и находящимися в регионе вооруженными силами США, фактически грабившими наш Дальний Восток.
А 1991 год? Когда под разговоры о вхождении в «семью Запада» выяснилось, что СССР целиком в нее никогда не войдет, а только по частям? Вот страны Прибалтики вошли-таки в ЕС, а та же Украина оказывается слишком большой для этого. Что уж тогда про СССР-то говорить?
Любое падение конструкции власти, по каким бы причинам оно не произошло, всегда означает на практике, что безвольное государственное тело начинает терзать иностранная сила. Так что не дай нам Бог еще раз пережить обрушение конструкции власти. Тогда на Россию будет оказываться мощнейшее давление, чтобы поделить её на более мелкие государства, которые Запад всеми правдами и неправдами будет стараться ввергнуть в свое колониальное подчинение. Хватит ли у нас тогда сил, чтобы противостоять нашим оппонентам?
