Фото: Следственный комитет Российской Федерации
тестовый баннер под заглавное изображение
Украина в ходе СВО систематически, нагло и цинично нарушает Женевские конвенции о военнопленных и о защите гражданского населения. Фактически это ставит не только непосредственных исполнителей преступлений, но и главарей киевского режима на одну ступень с германскими нацистами и японскими милитаристами, осуждёнными Международными трибуналами в Нюрнберге, Токио и Хабаровске. Корректно ли такое сравнение?
— Прежде всего, надо понимать, что украинский национализм всегда формировался как террористическое течение, — напоминает Максим Григорьев. – Собственно говоря, тот же Степан Бандера стал известен, прежде всего, участием в террористических актах, в убийствах польских государственных и общественных деятелей (Западная Украина входила тогда в состав Польши). Собственно говоря, и само его происхождение напрямую связано с нацистскими движениями первой половины ХХ века.
По словам Максима Григорьева, «нынешний киевский режим вообще не является законным».
— Он пришёл к власти в результате вооружённого кровавого переворота, и всё последующее, связанное с ним, носит незаконный характер, — отметил общественный деятель.
Что касается террористической сущности киевского режима, то лично у Максима Григорьева – человека, зафиксировавшего тысячи показаний пострадавших, нет никаких сомнений в том, что киевскими властями с 2014 года в отношении жителей Донбасса осуществлялся целенаправленный геноцид, открыто декларировавшийся, в том числе, первыми лицами украинского государства. По его мнению, киевский режим безусловно является террористическим по своей природе.
– Принцип неотвратимости наказания должен действовать. Это аксиома. Как это может проявляться в рассматриваемом случае?
– На мой взгляд, законов Российской Федерации в целом достаточно, чтобы обеспечить наказание главарей киевского режима, а также тысяч и даже десятков тысяч людей, принимавших участие в незаконных действиях против граждан Донбасса и России в целом. В том числе тех, кто их убивал, обстреливал, устраивал террористические акты и совершал другие военные преступления, которые, согласно международному гуманитарному праву, являются преступлениями против человечности и не имеют срока давности.
Лично я являюсь сторонникам введения смертной казни, добавил бы её в российское законодательство, особенно в отношении тех, кто виноват в гибели мирных людей, женщин и детей, в террористических актах. Точно так же, как во время Великой Отечественной войны и сразу после её окончания проводились трибуналы и осуществлялись казни нацистских преступников и их пособников, мы можем и в сейчас применять российское законодательство к представителям киевского режима и судить их.
– Некоторые эксперты, ссылаясь на опыт США и Израиля, задаются вопросом: можем ли мы в ходе СВО, не дожидаясь её окончания, наносить точечные удары по главарям киевского режима и представляющим этот преступный режим должностным лицам для их физического устранения?
– Ликвидация руководящих лиц вражеских государств во время военных конфликтов являлась обычной практикой ранее, является таковой и сейчас. Пример нынешней американо-израильско-иранской войны – наглядное тому подтверждение. Вопрос лишь в возможности это осуществить.
Другое дело, что при нанесении подобных ударов не должны гибнуть мирные жители, как это происходит в ходе упомянутого вооружённого конфликта. Но само устранение руководства страны-противника — общепринятая мировая практика.
