В мире продолжают анализировать выборы в парламент Венгрии, итоги которых могут повлиять на поддержку Евросоюзом Украины, а значит отразятся и на судьбе России. Помимо международного, там есть и внутриполитический, политтехнологический аспект, интересный с точки зрения предстоящих в сентябре выборов в Госдуму РФ.
Виктору Орбану не помог ни визит в Венгрию накануне голосования вице-президента США Джей Ди Вэнса, поскольку он ассоциируется с неудачами Трампа, ни явные или тайные жесты Москвы вроде передачи Будапешту двух украинских пленных венгерского происхождения, отмечает русскоязычный украинский блогер Анатолий Шарий.
Причиной поражения партии Орбана — ФИДЕС, он считает ряд ошибок, которые очень похожи на известные всем ошибки прежней правящей партии Украины накануне Майдана 2014 года. Он прямо сравнивает двух Викторов — Орбана и Януковича, и находит немало общего не только в комплекции политиков, но и в их политическом профиле.
«ФИДЕС сейчас — это та же самая «Партия регионов». У них уже попы, твёрдые как умывальники, — иронизирует блогер. — Они сидят там [во власти] уже много лет. И начинается обратный процесс… Они начинают обрастать коррупционными связями, вести себя по-королевски и превращаются в своего рода «панов».
На местах, продолжает блогер, люди, которые раньше голосовали за партию Орбана, теперь голосуют против, потому что они уже не выносят приросших к власти местных начальников и в знак протеста поддерживают оппонента — кандидата от партии Петера Мадьяра, оправдывая себя тем, что к «Тисе» он принадлежит лишь формально.
Подобное электоральное поведение принесло не просто дополнительные голоса сторонникам Мадьяра, но и позволило им собрать конституционное большинство. Причиной стали особенности избирательной системы, введённые Орбаном в интересах правящей партии ФИДЕС. Раньше помогало, но теперь они обернулись против него.
Исключительно важную роль в венгерской политике играет мажоритарная система. Из 199 депутатов парламента больше половины — 106, избираются в одномандатных округах. Причём, голоса, отданные за победившего кандидата сверх необходимого минимума, не сгорают, а помогают его партии получить ещё больше мест по партийным спискам.
Это дает огромный бонус лидирующей партии, позволяя ей получать конституционное большинство (2/3 мест), даже не имея пропорциональной поддержки населения. Хитрую схему навязал стране Орбан в 2011 году, когда у ФИДЭС было абсолютное преимущество. Теперь такая система сработала против своих же создателей.
Именно по этой причине Орбана называли в ЕС «диктатором» (хотя это не так — проиграв Мадьяру премьер не стал прибегать к силовым методам, а спокойно перешёл в оппозицию). В большинстве европейских стран более справедливая пропорциональная система, сглаживающая мажоритарные искажения, а не усиливающая их.
Плюс, в Венгрии при Орбане практиковалась манипуляция границами избирательных округов. Они перекраивались так, чтобы оппозиционные районы в Будапеште были «сжаты» в несколько округов (победа в них ничего не меняет), а сельские округа, лояльные власти, уменьшены по количеству населения, чтобы каждый голос там «весил» больше.
В России также применяют манипуляции границами округов, но иные. Используется «лепестковый принцип», когда крупный город нарезают на сектора и сегменты, а затем каждую его часть присоединяют к огромному соседнему сельскому району, где лояльность власти традиционно выше и оппозиционные голоса будут размыты.
Периодические изменения границ округов позволяют закладывать нужный результат голосования буквально на уровне системы — математически. Проголосовали «не так» — к следующим выборам проведём коррекцию границ. А «Единая Россия», имеющая большинство в Госдуме, одобрит, ведь это в её интересах.
Что касается самой избирательной системы, то она в РФ представляет собой гибрид: голоса за проигравших в округах сгорают, а не усиливают победителей, как в Венгрии, но и не сглаживают результаты мажоритарных округов, как в большинстве других европейских стран (а кое-где там чисто пропорциональная система и вообще нет мажоритарных округов).
В целом наша система ближе к венгерской. Её задача — превратить относительное лидерство в абсолютное доминирование в парламенте. В то время как значительной части Европы (особенно в Северной) торжествует принцип «сколько процентов набрал, столько мест и получил». Это вынуждает разные партии договариваться, строить коалиции.
Но даже такого «орбановского» преимущества «Единой России» оказалось мало и в качестве подстраховки было внедрено сугубо отечественное изобретение — трёхдневное голосование. Введённое как антиковидная мера в период пандемии, его стали использовать и впредь, ведь нет ничего более постоянного, чем временное.
Три дня голосования дают неоспоримое дополнительное преимущество партии власти, поскольку для эффективного контроля честности голосования силами наблюдателей у оппозиции банально не хватает ресурса.
У власти же административного ресурса с избытком. Что творится на участках по ночам, без свидетелей, одному богу известно.
В паре с трёхдневным голосованием идёт голосование «на пеньках». Выражать свою волю на придомовых территориях — вне участков — избирателям разрешили якобы для их удобства. И только жёсткий протест КПРФ вынудил власти свернуть лавочку — Элла Памфилова пообещала, что больше такого не повторится. Поверим?
И наконец венчает пирамиду российских избирательных новаций дистанционное электронное голосование (ДЭГ), которое ЦИК выдаёт за прогресс, но оппозиция вполне обосновано упрекают в непрозрачности и невозможности проконтролировать честность волеизъявления. ДЭГ следует упразднить, не устают настаивать коммунисты.
Таким образом «орбановская» избирательная система, усиленная, «докрученная» отечественными «кулибиными» из ЦИК и накрытая сверху, как колпаком, дополнительными фильтрами и опциями, призванными стопроцентно гарантировать необходимый результат, должна обеспечить в сентябре очередную победу партии власти и консервацию порядка.
Но что если многослойный этот конструкт, призванный снять всякие сомнения в успехе «Единой России» покажет совсем другой — противоположный результат, в виду радикально изменившейся, с точностью до наоборот, политической реальности?
Разве остроумный пассаж блогера Шария «у них уже попы, твёрдые как умывальники, они сидят там [во власти] уже много лет» — это только про политиков из орбановской ФИДЕС? Разве тотальное засилье давно окуклившихся на высоких должностях, забронзовевших единороссов на всех уровнях власти — не наша реальность?
Тем более причин для изменений в стране накопилось за последнее время выше крыши. Цифровой беспредел, цензура, стагнация экономики, громадная дыра в бюджете, деградация социальной системы, призрак новой пенсионной реформы, рост цен на ЖКУ, паралич судебной власти, забетонированные свободы, расслоение общества на сословия — бесправное большинство и привилегированное меньшинство…
«Единая Россия» продолжает тешить себя мыслью, что вокруг нее сплотился народ. Но и Орбан успокаивал себя той же мыслью.
А народ видит, что на местах всем управляют «удельные князьки» от едроссов, окружившие себя хваткими дельцами всех мастей. И эту стену не пробьешь. А если кто и пытается, тот «раскачивает лодку».
Заметили, как часто сейчас звучит в разных пабликах тема: мы что, хотим Майдана, как на Украине в 2014 году? Никто в здравом уме в России этого не хочет. А вот чего хотят люди — так это честности и справедливости от властей.
Но честность и деньги стали у нас почти взаимоисключающими понятиями. Во власть стремятся не для того, чтобы где-то в отдаленном райцентре больницу построить или дорогу проложить, а чтобы на выгодных подрядах на эти самые больницы и дороги десяток-другой миллионов «освоить». А кто распределяет эти подряды? Правильно, местная власть. А кто у нас местная власть? Правильно, «Единая Россия».
Но коли так, то их могут и прокатить, как венгры прокатили забронзовевших «орбановцев». Всё, что выстраивали годами в АП ради поддержки правящей партии обернётся против неё. Бюрократию ждёт массовое протестное голосование россиян в самом что ни на есть «европейском» стиле.
Закосневшие удельные князьки из «Единой России» рискуют «пролететь» на выборах, как фанера над Парижем. Или как Орбан над Будапештом.
