Фото: commons.wikimedia/Arne Müseler/Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 de
тестовый баннер под заглавное изображение
Испанский афронт
Впервые за долгие годы крупная европейская страна — Испания — открыто выходит из строя и говорит Вашингтону — «нет». Премьер-министр Педро Санчес называет вещи своими именами: «Так начинаются великие катастрофы человечества. Нельзя играть в русскую рулетку с судьбой миллионов. Мы не будем соучастниками того, что плохо для мира и противоречит нашим ценностям и интересам, просто чтобы избежать репрессий со стороны кого-то».
По сути, это прямое напоминание о 2003 годе, когда вторжение в Ирак под фанфары борьбы с «оружием массового поражения» закончилось хаосом и взрывом терроризма. Испания отказывает США в использовании своих военных баз под операцию против Ирана, попадая под огонь обвинений из Вашингтона: министр финансов США заявляет, что Мадрид «ставит под угрозу жизни американцев».
Логика простая: кто не даёт бомбить, тот виноват в чужих гробах. Ответ Санчеса Трампу в соцсетях — не вспышка эмоций, а сигнал: часть европейских элит больше не готова подставляться под очередную ближневосточную авантюру, оплачивая её ростом цен, внутренней нестабильностью и террористическими рисками.
Венгерский прецедент
Испания демонстративно выходит из строя, Венгрия — более мягко, но тоже по‑своему отодвигается от единой линии: Орбан аккуратно избегает критики Трампа, но встраивает конфликт вокруг Ирана в собственную повестку — энергетическую. Его главный тезис: удары по Ирану удвоили важность возобновления работы нефтепровода «Дружба», который проходит через Украину.
То есть Будапешт фактически ставит войну Трампа в один ряд с украинским кризисом: обе истории угрожают венгерской энергетической безопасности, а значит, требуют не солидарности с Вашингтоном, а защиты своих каналов поставок — в том числе российских.
Двуличный Брюссель
При этом «официальная Европа» играет в привычную двойную игру. Глава европейской дипломатии Кая Каллас созывает экстренное совещание министров иностранных дел, где Тегеран обвиняют в «неизбирательных нападениях», но при этом тщательно обходят вопрос законности действий США и Израиля. Формируется ровно та же конструкция, что и вокруг Донбасса и Газы: Иран — единственный виновник, США и Израиль — носители «права», а любые сомнения моментально маркируются как подрыв «западной солидарности».
На этом фоне испанский призыв к «немедленной деэскалации и полному уважению международного права» выглядит диссонансом, который в Брюсселе предпочли бы не слышать.
Восток дело тонкое
Тем временем монархии Персидского залива ведут собственную игру. Саудовская Аравия гневно осуждает удары Ирана по американским базам и видит в атаке США и Израиля на Тегеран «окно возможностей» для ослабления главного регионального конкурента чужими руками. Эр‑Рияд готов морально поддерживать войну до тех пор, пока она не перечёркивает его собственные инфраструктурные проекты и не превращает его территорию в поле боя.
На другом полюсе — Оман, недавний ключевой посредник по ядерной сделке, который скорбит по сорванному диалогу. То есть даже внутри Залива нет единства: одни видят в конфликте средство устранить Иран, другие — угрозу разрушить последние механизмы сдерживания.
Особая история конечно же здесь — энергетика. «Qatar Energy» объявляет форс‑мажор по поставкам сжиженного природного газа (СПГ) из‑за остановки производства и уведомляет клиентов: минимум месяц без нормальных объёмов.
Идеальный шторм
На фоне ударов по Ирану и атак на танкеры в Ормузе это превращается для Европы в идеальный шторм: нефть дорожает из‑за рисков судоходства, газ — из‑за катарской паузы, альтернативы нет или они существенно ограничены. И тут же мы видим венгерского министра в Москве, который прямо говорит: ему нужны гарантии поставок нефти и газа по прежней цене «несмотря на глобальный кризис».
Европейская риторика о «разрыве с российскими энергоресурсами» оборачивается зависимостью от пролива, через который Тегеран в любой момент может перекрыть поток.
Параллельно на восточном фланге ЕС всплывают ещё два показательных сюжета. Словакия расторгает соглашение с Украиной об аварийных поставках электроэнергии, заявляя о необходимости немедленно прекратить действие договорённостей между операторами. Формальный мотив — свои интересы и риски. Неформальный — усталость от украинского шантажа: Киев преднамеренно блокирует поставки по «Дружбе», пытаясь давить на Братиславу и Будапешт. То есть даже внутри «проукраинского» фланга ЕС начинается тихое недовольство тем, что европейская периферия платит по счетам вашингтонской стратегии.
В итоге европейская картина выглядит так: сверху — витрина единства и осуждения Ирана, снизу — растущая усталость от американской линии и собственных издержек. Испания уже перешла черту, Венгрия и Словакия отрабатывают свои интересы, часть стран Залива играет в «ослабим Иран чужими руками», часть — пытается сохранить хотя бы остатки дипломатии.
ЕС, как всегда, пытается совмещать несочетаемое: быть лояльным Вашингтону, осуждать Иран, бояться России, зависеть от катарского газа и при этом не допустить социального взрыва из‑за новых счетов за отопление.
Но чем дольше длится «Эпическая ярость», тем громче будет звучать вопрос, который уже задаёт Мадрид: сколько ещё европейцы готовы платить за чужое желание демонстрировать силу на Ближнем Востоке?
