На фоне почти ежедневно появляющихся всё новых и новых запретов россияне чутко ловят сигналы сверху о том, когда же прекратится этот странный карнавал. Накануне высказался Дмитрий Песков, прокомментировав недавний призыв Владимира Путина на Совете законодателей в Таврическом дворце.
Результат разъяснений — неоднозначный. Ясности больше не стало. Скорее, наоборот…
«Действительно, не все инициативы, которые озвучиваются, граждане понимают. Не все инициативы граждане воспринимают как целесообразные. Зачастую это потому, что их должным образом не объясняют. И вот, мне кажется, именно об этом говорил президент», — интерпретировал слова главы государства представитель Кремля.
Путин же заявил вот что: «Зацикливаться только на запретах, ограничениях, выработке новых мер наказаний для нарушителей… контрпродуктивно. Излишние барьеры тормозят развитие. Это всё явления временные, проходящие». Законодательство должно быть гибким, динамичным, прогрессивным, устремленным в будущее, добавил глава государства.
По мнению политика Олега Царёва, президент сказал именно то, что сказал — рекомендовал органам власти не зацикливаться на запретах. «Если бы он порекомендовал органам власти лучше объяснять, для чего введены запреты, то он бы так и сказал: «Рекомендую органам власти лучше объяснять свои запреты», — резонно заметил Царёв.
Действительно, если бы Путин выступал перед медиасообществом, в чью обязанность входит проводить в массы госполитику, его призывы «объяснять» звучали бы логично. Но глава государства настаивал на сокращении запретов перед «целевой аудиторией» — органом, состоящим из руководителей субъектов законотворческой инициативы.
Фактически президент произнёс нечто похожее на известный в политической истории лозунг «Запрещается запрещать!». В мае 1968 года студенты парижских университетов преимущественно левых взглядов — анархисты, маоисты, марксисты использовали его, протестуя против материальных, культурных и социальных проблем Франции.
Заподозрить российского президента в симпатиях к французским левакам трудно. Всё-таки он — бывший спецслужбист. «Вы что, хотите как в Париже?» — риторически интересовался Путин в разгар уличных баталий «жёлтых жилетов». Тем более, стоит прислушаться к позиции главы государства. Значит, даже его достала ситуация с запретами.
(Негатив от ограничений выражается в падении числа россиян, доверяющих президенту и одобряющих его политику, а также снижении электорального рейтинга «Единой России»).
Но ничего такого не наблюдается… Песков не просто смягчил, а фактически дезавуировал смысл сказанного Путиным.
Как воспримут это главы субъектов законодательной инициативы? Вероятно, как коррекцию позиции президента. Не может же пресс-секретарь противоречить? И станут транслировать вниз по вертикали уже «оскоплённую» версию.
Что если на каждом этаже власти начальники продолжают искажать получаемую ими сверху уже искаженную изначальную установку так, как им удобно, адаптируя посыл президента под собственные интересы?
Тогда выхолащивается содержание, сроки сдвигаются вправо, поручения в полном объёме не выполняются, цели не достигаются и т. п.
Примером потери силы указаний главы государства может быть упорное стремление российского бизнеса держать свои гигантские активы в офшорах, либо юрисдикциях «недружественных» стран, о чем пишет профессор Валентин Катасонов. Хотя в России были созданы особые экономические зоны, куда зазывали переводить бизнес нуворишей.
Не может порадовать и способность чиновников быстро реализовать курс на импортозамещение. Представительский «Аурус» для президента в Минпромторге ещё соорудили, а вот с авиацией, кажется, беда: обещанная тысяча гражданских лайнеров к 2030 году давно уже съёжилась на бумаге до сотен, а точные сроки назвать никто не берётся.
Особенно циничный пример — саботаж поручения о переезде центральных офисов госкорпораций из Москвы в регионы: на Урал, в Сибирь, Дальний Восток, чтобы укрепить экономику регионов за счет налогов и новых рабочих мест. Топ-менеджеры госкорпораций почти все проигнорировали указание президента.
Возможно, причина в слишком мягкой форме обращения Владимира Путина к отдельным группам чиновников и бизнеса.
Собаку съевшие на интригах, толкаясь локтями в неформальной борьбе за власть и деньги, они не воспринимают «вегетарианские» мягкие президентские рекомендации. Им бы приказ, дополненный словами — шаг влево, шаг вправо… Чтобы не было никаких «толкований» и попыток найти лазейки.
Именно так руководил Иосиф Сталин. Поэтому смог и индустриализацию провести в стране за 10 лет (иначе нас сомнут), и к войне подготовиться сносно, и победить в ней, и Ялтинский мир создать, обеспечив народу СССР стабильное развитие на полвека вперёд. За это его, наверное, и ненавидят враги, упрекая в деталях, чтобы скрыть главное.
Но Путин — не Сталин. Он не был подпольщиком, не сидел в тюрьмах (Коба в бакинском централе выбивал дверь камеры парашей!), не совершал вместе с Лениным революцию, не побеждал в масштабной гражданской войне без правил. И потому ему, видимо, трудно руководить так жёстко.
Другой путь — умного управления страной, на основе закона, а не теневых договорённостей, в большей степени доступен юристу и экс-разведчику. Что страна и наблюдала в его первые три срока (включая 4 года Медведева). Не расцвет, но всё же. Однако зафиксировать этот результат, передав власть очередному преемнику, тогда не удалось.
С наступлением пандемии, а затем СВО, стало уже не до передачи власти и тем более не до серьёзного развития страны. Не до жиру, быть бы живу.
Теперь, управляющий класс, кажется, озабочен исключительно выживанием и продлением своих дней наверху на сколь угодно долгий срок. Народ в этой ситуации рассматривается многими как ресурс, а не партнёр.
Поэтому единственные поручения президента, которые выполняются более-менее исправно и чуть ли не с опережением графика — те, что касаются использования широких слоёв населения для сохранения благополучия бюрократии. Ободрать как липку, распределить отобранное среди своих, и заткнуть рот недовольным, чтоб ни за что не отвечать.
Так, самые болезненные для большинства населения ограничения, связанные с цифровыми свободами, внедряются в жизнь ударными темпами. Мобильный интернет сплошь и рядом не ловит, «белые списки» работают плохо, Telegram и YouTube заблокированы, а позволяющие обходить блокировки VPN-севисы под ударом.
Более того, оказалось, что программа блокировок VPN подробно расписана вплоть до 2030 года, определены её основные KPI, выделено финансирование, назначены ответственные, а значит, разделение россиян на сетевые сословия с сопутствующими поборами в виде VPN-дани, VPN-оброка, запланированного Минцифры — лишь дело времени.
Как призыв Путина к сокращению запретов согласуется с этим? Варианта два: либо президент намеренно ставит словесную дымовую завесу планам блокировки Сети (а значит, аргумент «царь — хороший, бояре — плохие» уже не актуален), либо бюрократия давно живёт своей жизнью, выбирая из указаний сверху, что ей исполнять, а чем манкировать.
В любом случае, крайним здесь остаётся российский народ, которому остаётся только гадать, по чьей злой воле его гнобят, а страну забросили втуне. А ведь они — избиратели…
