Фото: Giulia Sciacca/Keystone Press Agency/Global Look Press
тестовый баннер под заглавное изображение
Дипломат раскрыл в своем заявлении подоплеку этого демарша: «Очевидна попытка поссорить народы России и Италии, ослабить наши дипломатические контакты, нанести дополнительный имиджевый ущерб России, возможно, чтобы отыграться за собственные внешнеполитические провалы… Ну и, не в последнюю очередь, предпринята еще одна попытка остановить все более ширящийся фронт итальянцев, выступающих за скорейшую нормализацию двусторонних отношений…».
Нашему же ширящемуся не по дням, а по часам фронту за нормализацию, как следует из заявления дипломата, никто и ничто, в отличие от Италии, не мешает. Никто не пытается поссорить народы. И слова Владимира Соловьева такой попыткой тоже считать нельзя. Во всяком случае, у посла к Соловьеву и к характеристике, выданной талантливым журналистом председателю Совета министров Италии Джордже Мелони, никаких претензий не возникло.
Для тех, кто не в курсе: Соловьев назвал главу итальянского правительства «шлюхой», «уродливой потаскухой», «патентованной идиоткой», «фашисткой». Причем эту часть своей яростной филиппики телеведущий произнес по-итальянски. Видимо, чтобы скорее дошла до адресата. Завершил же обличительную речь по-русски: «Фашистская тварь, предавшая своих избирателей, потому что шла совсем с другими лозунгами. Ну, предательство — это ее второе имя. Она предала и Трампа, которому до этого клялась в верности…»
Ну, то есть любой может убедиться: ничего обидного, разрушительного для российско-итальянских отношений, ничегошеньки наносящего имиджевый ущерб России сказано не было. Все культурно, дипломатично, корректно. К тем же, кто это не понял — а в числе непонимающих, надо заметить, оказалась и сама Джорджа Мелони, — Владимир Рудольфович обратился потом со специальным разъяснением.
«Я не понимаю, почему госпожа Мелони так перевозбудилась, — сказал недоумевающий Соловьев. — Ей не нравится слово «puttana». Но это в классике русской политической дискуссии. Владимир Ильич Ленин вообще, кстати, называл многих своих политических оппонентов проститутками. И это в трудах Владимира Ильича. Представляете?»
В общем, те, не знаком «с классикой русской политической дискуссии» и с трудами Ленина, оценить по достоинству полемической задор и искусство журналиста, насладиться в полной мере его талантом, получается, не способны. Таких малограмотных, некультурных граждан еще достаточно много, увы, и в наших палестинах. Не всем понравились, к примеру, инвективы Соловьева, адресованные Виктории Боне.
Напомним, что блогерку Боню он охарактеризовал как «тварь» и «потрепанную шалаву», осмеливающуюся «открывать свой грязный рот и засорять пространство». И тут тоже, объяснил Соловьев, все было в рамках культуры дискуссий: «Описание характеристики Бони, которое я дал в эфире… не является матом… Если верить словарю русского языка, то «шаловливая» описывается тем самым термином, которые некоторые люди, не знающие русский язык, решили, что он матерный».
Ну а чтобы окончательно «добить», разоблачить «клеветников России» и недоброжелателей Владимира Соловьева, приведем его высказывание 22-летней давности (ток-шоу «Школа злословия», эфир от 17 мая 2004 года), свидетельствующее о его твердых моральных принципах.
«А слово «девки» вам нравится?» — спросила у Соловьева ведущая, Авдотья Смирнова. Ответ был таким: «Нет. Мне не нравится неуважительное отношение к женщине. Потому что это всегда неуважительное отношение к матери, которую я боготворю, к моим дочерям, которые замечательные, к моей жене, которую я очень люблю.
Меня всегда огорчает, когда люди позволяют себе роскошь так не уважать и не любить себя. Я поэтому всегда очень требовательно отношусь к тому, что говорю сам, и к тому, что позволяю другим говорить в моем присутствии».
Из этого достойного уважения личного кодекса чести с неизбежностью вытекает, что в своих передачах Соловьев использует и позволяет использовать по отношению к представительницам прекрасного пола лишь те слова и выражения, которые он допустил бы и по отношению к тем, кто ему близок. Впрочем, подвергать телеведущего полномасштабной проверке на соответствие заявленным им принципам, пожалуй, не стоит.
Во-первых, такая проверка была бы небезупречной с точки зрения нравственности. А во-вторых, зачем загонять талантливого журналиста в ловушку? Тут ведь куда ни кинь — везде клин. Отреагируй он на подобную «характеристику», выданную его близким, так, как рекомендует реагировать сам, спокойно, без обид, с пониманием, получится, что он, выражаясь любимым телеведущим итальянским языком, figlio di puttana. Отреагируй по-иному, выйдет, что использует двойные стандарты.
Поэтому — нет, нет и еще раз нет. Вполне достаточно, думается, протестировать на приверженность принципам самого талантливого журналиста. Тем более что почитаемый им Ильич в своих речах часто применял слово «проститутка» и по отношению к представителям мужского пола. Строго говоря, только по отношению к ним и применял. Добавляя иногда эпитет, указывающий на род занятий своих оппонентов.
Короче говоря, puttana politica — это ведь совсем не обидно и совсем по-ленински. Не правда ли, господин телеведущий?
