Из серии «Живая материя»
тестовый баннер под заглавное изображение
То, что первое впечатление обманчиво, подсказывает и название выставки «От ощущений к истине», хотя уже в первом зале кажется, что чем дальше пойдешь, тем тяжелее будет впечатление от грузных, мрачных картин, выполненных толстыми, густыми мазками. Правда опыт подсказывает, что надо обязательно пройтись до конца и составить полное впечатление.
Первое и главное: выставку нельзя «пробежать», важно рассмотреть работы с разных ракурсов и расстояний, посмаковать. Подойти ближе и посмотреть на мазки, отойти дальше и увидеть весь образ. Кстати, вот какая штука: почему-то целостности добавляется, если рассмотреть работу через экран телефона — изображение «собирается» лучше, вот странно!
Самому художнику буквально в октябре прошлого года исполнилось 95, но он продолжает трудиться — на выставке представлены в том числе работы 2024-2025 годов, однако во многом экспозиция ретроспективная, здесь более 200 работ разных лет.
«Лето»
Проходить по выставке стоит с двумя намерениями: в поисках света и в поисках места силы, вторя художнику. Вопреки первому впечатлению, свет находится легко и довольно быстро — на полотне «Лето» (1985 г.) сладко спит мальчик лет шести — погода, очевидно, жаркая, он в одних лишь шортиках, переутомился, бегая на улице, и быстро уснул в комнатке старого домика под окном. Таких старых домиков в глубинке у Тужилина мы встретим еще много, в них автор, кажется, подпитывается сам, а также подсказывает нам, где искать собственное, такое желанное место силы. Ответ довольно прост — в местах, где все чисто от беготни и излишней (и зачастую ненужной) суеты больших городов, где человек находится в тесном контакте с природой, где можно легко нарушить гладь водоема, запрыгнув в него с разбежки и не бояться, что с водой может быть что-то не так, где дышится легко, где с прогулки ты всегда вернешься то с букетом цветов, то с лукошком грибов, то со стаканчиком ягод, а зимой — с корзинкой шишек или пышных хвойных веток. Немногочисленные люди, герои портретов Тужилина, в полном умиротворении, природа — их большой друг, источник их спокойствия.
Свет и энергию обнаруживаем на полотнах с ярким предощущением весны — «Снег тает», «Весна в Путилково», «Братцево»… Не сказать, что они полны солнца, как, например, это было у люминистов, но ощущение скорого потепления, предвосхищение природы, которая готовится зацвести, очищая влажную землю от снежного покрова.
«Николенькино детство»
Когда говорим, что «с художником вместе мы проходим путь», в случае с Тужилиным отчасти так и есть не только в переносном смысле — мотив дороги встречается довольно часто. У художника он во многом биографичен. Как говорит сам Николай Терентьевич, по ней солдаты шли на фронт. Когда они возвращались домой по окончании войны, которую он, будучи 1930 года рождения, застал и помнит хорошо, то шли по этим дорогам.
Еще один трогательный лейтмотив, шагающий буквально из полотна в полотно, — лошадь. Здесь стоит обратиться к биографии мастера, откуда мы узнаем, что отец его участвовал в Первой мировой войне, после которой столкнулся с совсем другой реальностью — коллективизация, налоги. А семью как-то кормить надо, надо пытаться сохранить землю, и лошадка стала для семьи сродни символу жизни — взрослую лошадь продавали, чтобы купить жеребенка, так и уплачивали налог.
Из цикла «Записки, чтобы подумать»
В финальном зале собрали самое главное — серию крохотных уютных пейзажиков «Живая материя», а также эмоциональную графику художника из цикла «Записки, чтобы подумать». На мятых клочках бумаги бытовые сюжеты: кормящая грудью мать, спящий младенец, отдыхающие в постели супруги. Все это на бегу, в карандаше и даже в шариковой ручке, легкое впечатление, эскизность, набросочность, и в то же время — калейдоскоп самых трогательных и теплых моментов из жизни, ради которых мы, кажется, все с вами и рождены.
