тестовый баннер под заглавное изображение
Сценарий Вадима Трунина переходил из рук в руки. «Белорусский вокзал» могла снять даже Лариса Шепитько. В итоге за него взялся безработный тогда Андрей Смирнов, предыдущие работы которого не вызывали восторга у начальства. Так родился фильм, рассказавший о войне больше многих других картин, события которых происходили на передовой.
Андрей Смирнов родился в Москве в 1941 году. Его отец — журналист и писатель Сергей Смирнов, автор «Брестской крепости» — ушел добровольцем на фронт, оставив годовалого сына. Встретились они, когда младшему Смирнову было пять лет. Деда Андрея Сергеевича по отцу репрессировали в начале войны. Так что его фильм «Француз» во многом личная история.
Режиссуре Андрей Смирнов учился во ВГИКе в мастерской Михаила Ромма. Его однокурсниками стали Андрей Кончаловский и недооцененный режиссер Борис Яшин, с которым Смирнов в 1961 году снял первую короткометражку «Юрка — бесштанная команда», а в 1964-м «Пядь земли». После того как Яшина не стало 18 февраля 2019 года, в Госфильмофонде устроили показ их совместного студенческого фильма «Эй, кто-нибудь!». Представила его инокиня Ольга (Гобзева), сыгравшая в нем уже после «Заставы Ильича» Марлена Хуциева. Роль заключенного сыграл молодой Владимир Ивашов, которого из-за съемок в «Балладе о солдате» и пропусков занятий перевели из мастерской Козинцева к Ромму.
Если сравнивать актерскую и режиссерскую фильмографии Смирнова, то первая идет с явным опережением. Андрей Сергеевич снялся более чем в 35 картинах: «Дневник его жены» Алексея Учителя, где сыграл одного из самых любимых своих писателей, Бунина, «Елена» Андрея Звягинцева, «Идиот» Владимира Бортко, сериал «В круге первом» Глеба Панфилова…
С Ольгой Будиной и Галиной Тюниной в «Дневнике его жены».
Сам снял 12 картин, включая студенческие короткометражки. Его судьба — это вечное преодоление. Фильмы Смирнова разделяют годы и десятилетия. После почти тридцатилетней паузы он снял в 2011 году «Жила-была одна баба». Над сценарием работал десять лет, а замысел вызревал и того больше. Первая мировая, Гражданская война, страшное время в русской деревне… В главной роли Дарья Екамасова, готовая тогда сменить профессию. Смирнов ее спас своим выбором.
Ольга Лапшина, снимавшаяся в фильме, вспоминает: «Мы в течение года ездили в деревню Кривополенье в Тамбовской области. Андрей Сергеевич снимал долго. Все мы — подружки главной героини, ее односельчане, среди которых самой известной была Нина Русланова, — периодически туда отправлялись. Там пережили зиму и лето. Зимой мы даже на лыжах ходили. Место было живописное». Помимо профессиональных артистов снимались жители Тамбова и соседних городов. Смирнов пообещал тогда зрителям несколько кило любви и жестокости, и обещание выполнил.
К «Французу» он шел восемь лет: искал деньги, нашел, но лопнул банк, и опять все сначала. Но не только финансы подводили. С идейной точки зрения замыслы Смирнова вселяли в чиновников страх. Даже его короткометражка 1967 года «Ангел» по рассказу Юрия Олеши пролежала на полке 20 лет. Тогдашний министр культуры Екатерина Фурцева посоветовала молодому режиссеру сменить род деятельности. Полнометражную «Осень» о любви двух взрослых людей сочли опасной для нравственных устоев наших граждан в 70-е.
В Варшаве на фестивале российского кино «Спутник над Польшей» Смирнову за «Француза» присудили награду с формулировкой: «За запутанную и лишенную юмора панораму интеллектуальной России 1950-х, увиденную глазами постороннего».
Его герой, молодой француз Пьер Дюран, приехал в 1957 году не только на стажировку в МГУ, но и на поиски пропавшего в 1930-е годы отца, белого офицера. В Москве он знакомится с балериной Большого театра Кирой Галкиной и фотографом газеты «Московский комсомолец» Валерой Успенским, благодаря которому погружается в неофициальную культуру СССР. Фильм посвящен советскому диссиденту Александру Гинзбургу и всем, «кто хотел жить не по лжи».
Годы Смирнова не меняют. Он такой же беспокойный, бескомпромиссный человек, каким был когда-то, рубит правду-матку. Осенью его пригласили на кинофестиваль «Послание к Человеку» в Петербург, чтобы вспомнить о том, как все начиналось. Тогда Андрей Сергеевич с Элемом Климовым руководил Союзом кинематографистов. «Отмена цензуры — это идея Союза кинематографистов, — рассказал Смирнов. — Мы первые высказались о том, что ничего, кроме вреда, нашей культуре она не приносит. Нас в «цехах» партии пожурили, но мы последовательно этим занимались, и в конце концов эта мысль проникла в самые тупые головы ЦК компартии… Питер был еще более солдафонский город, чем Москва, управлялся жестче. Когда проходили первые фестивали, люди вдохнули нормального воздуха. Народ повалил, почувствовал, что это не амбициозная культура, а просто культура — то, что человеку необходимо. Наше поколение пыталось создать островки свободы при помощи культуры, в которой мы работали».
Недавно, получая кинопремию «Ника», Смирнов начал прощаться с коллегами. Когда еще доведется выйти перед киносообществом с новым фильмом?.. Он вспомнил, как после 30-летнего простоя испытал на съемках «Жила-была одна баба» отчаяние. Ничего не получалось. И тут раздался спасительный звонок Кончаловского, который выслушал признания в беспомощности и произнес ядреную тираду, призвав очнуться: «Ты совсем уже?.. Держись, кретин!».
Кончаловский дополнил рассказ друга: «Я еще в институте знал, что он идиот… И не думай, что в последний раз выигрываешь. Желаю тебе забыть все, что ты сказал, извиниться и продолжать свою преступную деятельность».
В фильме «За нас с вами» Смирнов обратился к сталинской эпохе. Коммуналка у него напоминает страну в миниатюре, с разными настроениями и оценками происходящего. Главную роль Смирнов специально написал для Юлии Снигирь, увидев ее в «Новом папе» Паоло Соррентино.
«Я благодарна Андрею Сергеевичу за то, что эту прекрасную роль он подарил именно мне, — говорит Юлия Снигирь. — Не знаю, чем я это заслужила. Я сразу влюбилась в сценарий, такой точный, умный, пронзительный. Считаю, что кино получилось, и горжусь тем, что стала его частью». Ирина Розанова, получившая за фильм свою «Нику», вспоминает: «Андрей Сергеевич снимал так подробно, обращая внимание на каждую деталь. Когда я пришла в девятый павильон «Мосфильма», мне показалось, что я попала в свою молодость. Энергии Андрея Сергеевича можно позавидовать. Он горел идеей фильма и никогда не уставал».
Десять лет назад довелось побывать в Тверской области на съемках фильма «Как Витька Чеснок вез Лёху Штыря в дом инвалидов» тогда еще дебютанта Александра Ханта. В песчаном карьере начался ливень. Съемочной группе выдали резиновые сапоги. В песках на стуле грозно восседал Алексей Серебряков в образе вора в законе Лёхи Штыря.
Туда-сюда сновала «братва», словно выписанная из 90-х, во главе с Андреем Смирновым. Режиссер считал, что с тех пор бандиты не изменились, прошлое их не отпускает.
Смирнов вписался в эту среду идеально. Он сыграл Платона, тоже вора в законе, но классом повыше Штыря. Пахан в белом пиджаке, с толстенной цепью на шее то появлялся как барс на вершине песчаного карьера, то исчезал.
Это был трудный момент в его жизни, когда отказали в финансировании «Француза», не увидев в нем коммерческого потенциала.
Смирнов проходил по разряду вип-персон, питался в вагончике, а не под открытым небом, как бóльшая часть группы. Увидев всю эту компанию, спросила у Александра Ханта: «Дают прикурить?» В ответ услышала: «Мне скидок не делают».
Спустя десятилетие мы с уже опытным Александром Хантом вспомнили его дебют, отмеченный на многих фестивалях, включая Карловы Вары.
На съемках фильма «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов».
